— Голунский, — показывал Роменский, — познакомил меня с неким Качаловым, который сообщал о положении дел в Петрограде… и дал сводку о положении частей Красной Армии на Петроградском фронте… Качалов служит в Петрограде секретарем уполномоченного по снабжению Красной Армии Петроградского округа Дрезена.

Об этом немедленно сообщили в Петроград, Оттуда ответили, что Качалов арестован ЧК и расстрелян как шпион, дававший информацию военного характера через англичанина Сакса самому Полю Дюксу.

В ходе следствия были нащупаны следы к двум машинисткам из полевого штаба в Серпухове, которые снабжали информацией членов организации.

Оказалась шпионкой и Евгения Иосифовна Лебедева («Елена Осиповна», как ее называл в своей записке Роменский). Эта сорокасемилетняя дама, жена бывшего помещика, служившая заведующей журнальной частью в Военно-Законодательном Совете, передавала Роменскому шпионские сведения от Бабикова.

Особому отделу стали известны общефронтовой пароль, пароль для перехода линии боевых действий на Западном и Северном фронтах, а также пароль к предателю Герцу, который занимался переправой деникинских агентов через фронт. В отличие от фронтовых пароль к Герцу был цифровой: «77» — пропуск и «37» — отзыв.

Менжинскому и Артузову также стало известно, что скрывшийся от ареста член штаба Тихомиров готовит нападение на ВЧК силами роты огнеметчиков и отряда охраны Главсахара, где еще сохранились члены белогвардейской организации.

Наконец чекистам удалось установить, что прятавшийся в Сходне генерал Стогов имеет своих людей в Серпухове, что на связи с ними состоит некий Петр Федорович, проживающий по Новинскому бульвару.

Менжинский и Артузов работали дни и ночи. В архивном деле о «Штабе добровольческой армии Московского района» сохранились документы, свидетельствующие, что Вячеслав Рудольфович работал в ВЧК даже в Октябрьские праздники девятнадцатого года. Так, седьмого ноября он вновь допрашивал Роменского по поводу фронтового пароля и пароля к Герцу.

Ведя следствие по делу заговорщицкой организации, Менжинский, Артузов, другие следователи стремились доказать не только вину активных участников организации, но и невиновность людей, случайно попавших в засады на квартирах заговорщиков, или людей, оклеветанных врагами. Участники заговора, стоя одной ногой в могиле, стремились оговорить, оклеветать некоторых честных старых военспецов, твердо ставших на Сторону народа. Так они пытались оклеветать ученика и последователя H. Е. Жуковского, преподавателя высшей математики на стрелковых курсах Соколовского.

30 октября в кабинете Артузова состоялась беседа Менжинского с Соколовским.

— Товарищ Соколовский, я приношу вам извинение за то, что пришлось вас задержать и заставить некоторое время заниматься изучением не высшей математики, а наших порядков на Лубянке.

Соколовский не обиделся, попросил только, чтобы ему вернули отобранную при обыске книгу Николая Егоровича Жуковского «Механика», исключительно редкий экземпляр.

По распоряжению Менжинского, Соколовского в тот же день освободили. Книгу ему, разумеется, вернули в целости и сохранности.

Соколовский был не единственным исключением. Из общего числа арестованных по этому делу почти половина была освобождена, как лица, непричастные к контрреволюционной военной организации белогвардейцев.

Разбив белогвардейцев под Орлом и Воронежем, Красная Армия перешла в наступление по всему Южному фронту. Успехи на Южном фронте вдохновили бойцов Красной Армии под Петроградом. Войска Юденича были разбиты. Их жалкие остатки бежали в Эстонию. Шпионская сеть Поля Дюкса в Петрограде и штабе VII армии была разгромлена, а подпольное кадетско-буржуазное правительство арестовано.

Настала очередь полной ликвидации шпионской сети, созданной в Москве и Подмосковье агентами Деникина и интервентов. Менжинский и Артузов доложили Дзержинскому, возвратившемуся из Петрограда, схему организации и план предстоящей операции.

План был рассмотрен, силы расставлены, и в один из зимних дней шпионы — генералы и рядовые оказались за решеткой.

Разгром «Национального центра», его военно-технической и шпионской организации был большой заслугой Особого отдела ВЧК. Видную роль в ликвидации заговора, особенно шпионской организации заговорщиков, сыграл Вячеслав Рудольфович Менжинский. За считанные недели он стал одним из самых авторитетных руководителей ВЧК.

По предложению Дзержинского 1 февраля 1920 года Менжинский был назначен заместителем председателя Особого отдела ВЧК.

Осенью и зимой 1919–1920 годов главные ударные силы белогвардейщины — Деникин, Юденич и Колчак — были разгромлены. Соотношение классовых сил в стране изменилось в пользу Советской власти. В этой обстановке враги перешли к новым формам и методам подрывной деятельности: блокированию всех антисоветских партий. Они стали создавать глубоко законспирированные нелегальные организации, внедрять свою агентуру в советские учреждения, штабы и части Красной Армии.