После долгого разговора, пасынок и отчим пришли к соглашению молчать, чтобы мать ничего не узнала про их пристрастия. Более того, Лешка взялся помогать неродному папаше поставлять девиц, которых выбирал из числа своих многочисленных знакомых. Но случалось, заводил знакомство и на улице, или в каком-нибудь кафе, которое потом продолжалось на даче.

Ксению выбрал отчим сам. Как-то просматривая вечером очередную газету, он увидел фотографию красивой девушки в короткой юбочке и долго пялился на нее. Матери в кухне не было. Она как всегда смотрела очередной сериал по телевизору. И потому не очень-то опасаясь, что она услышит, Лешка спросил:

– Что, понравилась девочка?

Отчим плотоядно облизнулся.

– Хороша ягодка. Смотри, какие ножки, – показал он Лешке фотографию, чтобы тот получше рассмотрел девушку и оценил по достоинству.

Лешка не сомневался, его неродной папаша – тот еще фрукт, да к тому же больной на голову, раз занимается такими делами и не может остановиться. Слышал, что есть такая болезнь у редкого числа мужчин, которые не могут заниматься сексом только с одной женщиной. Причем, болезнь неизлечимая. Но лично он ничего в том порочного не видел. Пусть сами с мамашей разбираются, как хотят. Хотя терять такого денежного отчима жалко, в случаи, если мать захочет с ним развестись.

– Сколько ты мне за нее заплатишь, если я привезу ее тебе? – спросил Лешка, намереваясь раскрутить Гармаша на большую сумму, чем он давал ему за остальных девок.

Отчим показал три пальца. Это означало – три тысячи долларов. Хотя сам Лешка считал, что за эту девчонку вполне хватило бы и двух. Подумаешь, цаца какая. Не одна она такая. Девок на их век хватит. Потом только понял, что лучше бы им не встречаться. С этой Ксюшей все получилось по-другому. Иными словами – наперекосяк… В том числе и его жизнь, когда вдруг отчим заявил, что больше он не получит ни рубля, пока не уладит проблемы с этой девчонкой.

– Делай что хочешь. Пообещай, что женишься на ней. Золотые горы. Но нельзя допустить скандала, и чтобы в нем была замешана моя фамилия, – сказал отчим.

В семье не раз говорили о том, что скоро отчиму предложат кресло в министерском кабинете. И вот когда до назначения остается всего лишь один единственный день, вдруг позвонила Ксения и омрачила настроение. И не только Лешке, но и Гармашу. Но ужасней всего для самого Лешки было то, что отчим теперь отказался давать деньги. Особенно сейчас, когда он нуждался в очередной дозе героина.

И тогда Лешка пошел в казино, в надежде, что повезет сорвать куш. Пусть небольшой, этак в тысяч десять. Ему бы хватило на несколько доз. Но надежды не оправдались. Он проиграл последние деньги. В отчаянье готов был биться головой об стол, чтобы расколотить эту проклятую рулетку. Чувствовал, еще немного и начнется ломка. Прямо тут, в игровом зале. Но биться об пол в судорогах, ему все-таки не пришлось.

В казино он познакомился с человеком, который посочувствовал, когда Лешка излил ему душу. Сочувствие это выражалось не только в словах, но и в прямой материальной помощи. Он тут же предложил Лешке взаймы и дал столько денег, что их хватило на несколько доз. Потом их знакомство продолжилось в ресторане, куда тот, узнав чей Лешка сын, пригласил его.

Игорь Леонидович Гармаш к своим неполным пятидесяти семи годам имел не только безупречную репутацию чиновника, но и крепкие связи. Причем в самых различных структурах. Наверное, без них он бы никогда не добился таких высот и не стал тем, кем стал теперь.

Весть о его новом назначение, многие из подчиненных восприняли неоднозначно. В отношение с подчиненными Гармаш был хоть и крут, но в большинстве своем справедлив. Основным же его достоинством было то, что с Гармашом всегда можно уладить любую проблему. Причем, легко. И весть о том, что их руководитель уходит, кое-кого здорово опечалила.

С собой на новое место работы, Гармаш взял немногих. В основном это были верные люди из охраны во главе с начальником службы безопасности Геннадием Серебряковым. Когда-то Гармаш его выдернул из дерьма, когда того чуть не посадили в очередной раз, и за это Серебряков служил ему теперь верой и правдой.

Каждое утро он встречался со своим шефом и докладывал о текущих делах. Но в этот раз он выглядел особенно озабоченным, что не осталось не замеченным Гармашом.

Игорю Леонидовичу в новом кабинете было непривычно. Не чувствовалось уюта, к какому Гармаш привык. А тут еще Серебряков с унылым видом.

– Что-то случилось, Гена? – спросил Гармаш, глянув на Серебрякова.

Серебряков достал из папки и положил на стол перед шефом несколько фотографий, на которых тот без труда узнал своего пасынка в компании с незнакомым человеком.

– Вы просили меня приглядеть за вашим… – из вежливости к Гармашу Серебряков не решился назвать его неродного сына пасынком. Вдруг тому не понравится. Поэтому назвал парня по имени: – … Алексеем…

Гармаш впился взглядом в фотографии и по выражению лица пасынка догадался, что там, в ресторане за столом, он уже принял очередную дозу героина. А в казино еще – нет. Но это ничего не меняло. Серебряков неспроста показал эти фотографии. Гармаш твердо уверовал в то, что пасынок наверняка влип в какую-нибудь историю связанную с наркотой.