– А тебе не кажется, что лучше не спрашивать, что мне кажется? – рявкнул незнакомец и злобно посмотрел на прапора: – Хорошие у тя уши, фигуристые, мне как раз пары для полного ожерелья не хватает.

Адъютант обомлел. Незнакомец уже расплачивался, когда его позвали с улицы:

– Ваха Череп, давай быстрее, щас комендантский патруль нас заграбастает!

– Каждый ваххабит нам в поле важен, он накрашен, напомажен! – подмигнул незнакомец Ваха генеральскому порученцу и скрылся из глаз.

«Боевик», – с ужасом подумал прапорщик.

Вова Черепанов, стирая, до того увлекся, что снял с себя трусы и тоже начал их яростно надраивать. Вскоре увлекательное занятие было закончено, и Черепанов, надев на себя шорты и майку, чтобы не вводить в искушение народ на улице, вышел на балкон развешивать белье для просушки. Когда труселя уже висели на перилах, он радостно ухмыльнулся. Дело сделано, через полчасика все просохнет, а через час можно идти ужинать. Чистые трусы – это, как говорится, очень важная деталь для такого ловкого майора, ловеласа и спецназера.

Темнело, Вова смотрел телевизор и нежился в кресле. Этажом ниже прапорщик в бронежилете изнывал от скуки и от ожидания своего комдива с военного совета. Устав от скуки, он закрыл номер и пошел на лестничную площадку, где была оборудована неплохая курилка. Курить в генеральском номере адъютант не решался.

Черепанов в это время решил проверить состояние белья на балконе. Через секунду всю гостиницу огласил его негодующий вопль:

– Аа-а-а, воры, фетишисты, где мое исподнее, сволочуги?!

Легкий порыв летнего ветерка сдул нижнее белье майора и разбросал его по округе.

Вова, матерясь во все горло, ринулся вниз спасать свои труселя. Какой-то странный военный в бронежилете, увидев сбегавшего по лестнице бугая, сделал круглые глаза и спрятался в курилке.

– Вахочка, ты куда? – закричала ему вслед дежурная.

– Срочное задание из центра, – проорал на бегу майор.

«Живым не сдамся», – подумал прапорщик и, вынырнув из курилки, бросился в номер.

Наряд полиции, патрулирующий окрестности на автомобиле, проявил нездоровую бдительность, узрев странного человека, рыскающего под окнами окружной гостиницы КЭЧ.

– Смотрите, какой странный пассажир под окнами военной гостиницы шляется, – сказал старший наряда. – Ну-ка, Ленчик, тормози, посмотрим, кто это и что он тут шарахается.

Пэпээсники выскочили из «уазика» и, не торопясь, ловко поигрывая дубинками, стали приближаться к странному фигуранту. «Подозреваемый», не замечая наряд, шарахался возле стен, осматривая близлежащие кусты и подсвечивая себе зажигалкой.

– Эй, гражданин, – подал голос старший наряда. – А чего вы тут под окнами шарахаетесь? Вы не извращенец, случаем, любитель за военными подглядывать, а?

– Отвали, болезный, я тут делом занят, не видишь, что ли…

– Каким таким делом можно заниматься вечером под окнами гостиницы?

– Трусы я ищу. Свои, между прочим.

– Врет, падла, – подсказал сзади один из патрульных. – Бомбу, наверное, закладывает.

– Точно, и отмазка какая-то нелепая, – подтвердил старший наряда. – Щас вы заходите справа-слева, я по центру, берем его в «воронок», тащим в отделение, а там разберемся.

В несколько секунд бравые пэпээсники скрутили ничего не подозревающего Черепанова и потащили к машине.

– Отстаньте, дятлы, я трусы ищу! Я из этой гостиницы, с 415-го номера, у администратора спросите! – вопил Вова, пытаясь вывернуться и зарядить кому-нибудь ногой.

– В «обезьянник» его! – вопил старший наряда, держась за ушибленное Вовой колено.

Черепанова совместными усилиями запихали в «воронок». Один из полицейских побежал в гостиницу, выяснить, вдруг действительно «подозреваемый» проживает в гостинице?

Вернулся он радостный.

– Мне сказали, что в 415-м проживает некий Ваха, и он сейчас убежал по срочному заданию центра!

– Твою мать, мы поймали ваххабита! Как он только в военную гостиницу смог залезть? В отделение быстрее, – радовался старший наряда.

В отделении Черепанова запихнули в комфортабельную клетку и стали думать, что с ним делать.

– Ваххабиты, они без трусов ходят, – вспомнил кто-то из полицейских.

– Точно, – обрадовались все остальные. – Только он на лицо кавказской национальности не похож…