Ромка с некоторым недоверием относился к магическим устройствам — не тем, которые использовались в Школе, а вообще… Вот к этому болиду, например.

Любой нормальный человек хоть раз, да задавал себе вопрос — как можно летать на метле, ведь она… Неудобная, короче. Создатели болида подошли к этому вопросу со всей возможной серьезностью. Во-первых, эта палка была бронзовой. Сразу становится спокойнее, правда?

Во-вторых, она обмотана мягкой толстой тряпочкой с чем-то вроде поролона внутри, и оказывается, что сидеть на ней вполне комфортно.

Ну и наконец, она не прямая. Больше всего эта штука напоминала велосипед без колес и почти без рамы — только сиденье, руль, опоры для ног и джойстики. Когда ты садился на болид, ноги цеплялись за опорные педали, колени — за специальные выступы, а изгиб сиденья поддерживал поясницу сзади — одним словом, упасть было проблематично, даже перевернувшись головой вниз.

Так вот, джойстики, как окрестил их про себя Ромка, являлись чисто местным изобретением, до которого земной прогресс пока не дошел. Хотя, наверное, дойдет — просто не было еще потребности. Ладно, просто джойстики. Мягкие ручки, с жестким стержнем внутри. Реагирующие на сгибания, нажатия пальцами, скручивание… И заодно служащие для того, чтобы за них держаться. То есть чтобы не свалиться с этой безумной конструкции, если педалей и выступов все же окажется недостаточно.

— Я думаю, — сказал Ромка, — что эту штуку сначала изобрели как способ казни.

— Круто, — согласилась Векки. Сестрички Варна и Сиала, «случайно» оказавшиеся рядом, сочувственно покивали.

— Тормозить лучше всего во что-нибудь мягкое, — сказала Варна.

— Кстати, вон идет наставник Радир… — тут же подхватила Сиала.

— Не выйдет, — включилась в дискуссию Векки. — Чтобы попасть в Радира, его надо сначала привязать к дереву. Головой вниз и лицом к стволу. И оглушить. И то не факт, что попадешь.

У Векки к Радиру были свои счеты — тот оказался мастером клинка, до уровня которого Векки было — как Ромке, например, до самой Векки.

— Да, не выйдет, — согласились сестрички.

— Я правильно понимаю, — осторожно уточнил Ромка, — что сострадания я от вас не добьюсь?

— Ну почему же…

— Мы могли бы договориться…

— Шмякнешься — будет тебе сострадание…

— Ладно, я поехал, — буркнул Ромка. — Фортуна сочувствует смелым.

Краем глаза он заметил, что со стороны жилого корпуса к ним бегут еще несколько любителей бесплатных зрелищ. «Ага, вот, кстати, и наставник Азманта. Ты погляди, бежит и руками машет… Пора трогаться, а то помешает».

Ромка сжал джойстики, и земля, накренившись, крепко врезала ему по голове. Леди Варна и Сиала с красивым музыкальным визгом брызнули в стороны.

— Не понял? — сказал он, поднимаясь.

— Ты дал неравную тягу. Сжимай плавно и с одинаковой силой.

— Ага.

Пятьдесят метров до наставницы. С небольшим отставанием за ней бежит Твир Аскиран, веселый и в целом симпатичный Ромке пацан из клана Соболя. Этот особо не торопится, видимо, хочет в случае чего быть подальше от эпицентра.

Вторая попытка.

На этот раз Ромка наращивал усилие плавно, и результат оказался получше — земля ухнула вниз, и прежде, чем мальчишка осознал происходящее, высота стала метров двадцать.

Ослабить хватку…

Болид… Ромка не проводил особых аналогий с «Формулой-1», а зря. Как-то вдруг он осознал, что сидит на экстремальном гоночном устройстве, а ведь учиться трогаться с места лучше все-таки на чем попроще… Да хоть на той же метле, как ее там? «Олимпус две тысячи»? Или «Олимпус» — это фотоаппарат?

Он чуть отпустил рукоятки, и земля с пугающей скоростью рванулась навстречу. Что делает нормальный человек в такой ситуации? Правильно, сжимает руки на… словом, на том, за что держишься.

Бабах!

Им словно выстрелили в небо, как из пушки, метров на триста.

— Мама!

Земля понеслась вперед и вбок. То есть вбок — в смысле вниз, но боком. Ручки на себя.

Болид встал на дыбы, облака закружились, перевернулись и сразу стали гораздо ближе. Что-то коричневое с криком пронеслось мимо — Векки? — и осталось далеко позади.

— Да как же его выправить?!

Ветер, только что нежный и едва ощутимый, вдруг стал жестким и режущим кожу, завертелись хороводом здания на том берегу… внизу… позади…

«Все, встали. Высота — километр. Холодно. Внизу… земля внизу. Как географическая карта. Блин, СНИМИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА!

Так, спокойно, ищем школу… ладно, не ищем. Ищем Столицу. Ага, вон дворец на холме. Ну ни фига себе я улетел! На дворец не летим — собьют на фиг… Если смогут… Я бы, по крайней мере, попытался — на их месте. А летим мы вон туда, там должен быть парк и потом Школа».