Удручающее впечатление произвела попытка общения с так называемыми сородичами. В первый момент еще была какая-то надежда. Они разговаривали, и я их понимала! Сперва, впрочем, они не столько даже разговаривали, сколько бестолково галдели, кружа разноцветной стаей вокруг нас с Ингельдом, однако некоторые слова в этом шуме можно было различить. Все же я не спешила так вот сразу знакомиться с сородичами. Незнакомые драконы вызывали некоторую опаску, к тому же все они были значительно крупнее меня. Если я размером с не слишком упитанную кошку – не считая крыльев, составляющих практически половину объемов тела, – то взрослые драконы оказались примерно схожи по размерам с крупным псом. Было тревожно, но, когда Ингельд отошел в сторонку с блондином, который приходил утром, я все же решилась вступить в контакт с сородичами. Рано или поздно придется, как ни хотелось оттянуть этот момент.

Меня обступили тесным кружком, с любопытством рассматривая. Драконы были разными, ярких расцветок, мне даже показалось сначала, что в их окрасе присутствуют все существующие цвета и их сочетания. Но, немного присмотревшись и привыкнув, поняла, что это не совсем так. Количество цветовых сочетаний и оттенков, наверное, и впрямь могло быть бесконечным, но вот базовых цветов было, кажется, не так уж много: вся радуга и черный с белым. Например, был такой же алый, как и я, самец, но переходы цвета у него не в черный, а почти в оранжевый.

Драконы принюхивались и присматривались, я тоже. Они пахли приятно, но странно, словно чего-то ощутимо важного не хватало.

– Новенькая, пугливая, – тараторил кто-то.

– Маленькая совсем, только вылупилась.

– Тебя как зовут?

Я несколько растерялась, пытаясь отвечать на сыплющиеся со всех сторон вопросы и понять, что в этих драконах кажется мне странным. И вдруг меня осенило: когда черный с серебром самец подобрался ко мне со спины и по-хулигански дернул за хвост, я внезапно поняла, что не так! Они ведут себя как дети: взрослые драконы подпрыгивают на месте от нетерпения и любопытства, сыплют разными вопросами, как любознательные детишки, и тянут новичка за хвост.

Мне стало очень не по себе, я еще не совсем поняла почему, однако остро захотелось вырваться из кольца любопытных драконов и убежать. Находиться рядом с ними было просто тяжело. Хвост почему-то прижался к брюшку, а крылья, наоборот, поднялись, почти соединившись за спиной и развернув крыльевой коготь вперед, в атакующую позицию. Я и не знала, что эти когти способны поворачиваться!

Драконы растерянно переглянулись и попятились.

– Ну ты чего? Дикая какая-то! – обиженно сказал кто-то из драконов.

Я нашла взглядом Ингельда и, стремительно взлетев, почти через весь зал полетела к нему, отчаянно работая крыльями. Молнией пронеслась над головами людей и плюхнулась прямиком на руки слегка опешившему мужчине.

– Кэт, что случилось? Кто тебя напугал?

Глупый вопрос, как будто я могу на него ответить! Тем более что ответа я сама не знаю. Чем меня напугали драконы, ведущие себя как любопытные детишки? Наверное, дело в том, что я до самого последнего момента надеялась на их разумность. Нет, не так. Я очень хотела верить, что драконы – полноценная разумная раса, не хуже людей, просто иная. Не верю, что обычный, к тому же не слишком крупный зверек способен уместить в себя человеческий разум. И вот ожидания почти оправдались, но только почти – драконы не превзошли в своем развитии пяти-, максимум восьмилетних детей. Огромное разочарование! Я не знаю, удастся ли мне вернуться когда-нибудь в свой мир, но если нет, страшно даже представить, что я навсегда останусь в мире, где существа одного со мной вида – вечные дети. Это же просто ужас! Никакого полноценного общения, никакой личной жизни (брр, неужели я всерьез думаю о таком?) – до конца своих дней быть лишь полезным домашним питомцем?..

– Не бойся, – Ингельд почесал меня между рожками, – тебя здесь никто не обидит.

Ох, если бы дело было в этом! Но с рук мужчины я больше не спускалась, напряженно обдумывая ситуацию. Сама себя обманула, с чего я вообще решила, что разумные существа согласятся с ролью домашних животных? Ну пусть весьма ценных фамильяров, а не просто домашних животных, все равно для любого разумного существа это унизительно. Однако и местные драконы не совсем животные, вечный детский сад, да. Но вот вопрос: развились они так за счет постоянной связи с людьми или же, наоборот, именно поэтому деградировали? Существуют еще и дикие драконы, какие они? Узнать бы. Но кто же меня отпустит?

Гм, а с чего я взяла, что эти драконы не дикие? Покопавшись в памяти, сообразила: Ингельд, разговаривая утром с блондином, мельком упоминал что-то о питомниках и почему-то не хотел говорить другу правду о том, где меня купил. Значит, что? Значит, купил нелегально. Браконьерство. Но ведь не может быть, чтобы я была одна такая! Браконьерство – выгодное дело, должны быть и другие дикие драконы. Только как же их отличить от домашних? Еще не знаю как, но обязательно постараюсь найти. Для сравнения. Вероятно, меня ждет большое разочарование, скорее всего, дикие даже глупей домашних, но я обязательно должна убедиться в этом лично.

Да и вообще, не мешало бы побольше узнать. Для общего развития. А для этого опять же нужно выучить язык и местную грамоту. Ну замкнутый круг! Ладно, будем считать это долгосрочными планами, если мне, конечно, не повезет проснуться раньше.

Еще немного походив по залу и пообщавшись с разными людьми, Ингельд решил, что пора удалиться. Я смогла вновь полюбоваться на разноцветный фонтан, мужчина, явно потакая моим желаниям, задержался там на несколько коротких минут. А затем мы вышли на дворцовую площадь и с удивлением обнаружили отсутствие нашей кареты. Это было очень странно. Могу понять, что на моей родине угон машины – дело обычное, но угонять карету с кучером с площади перед дворцом, где довольно много людей и охрана поблизости, по меньшей мере странно.