– Разумно. Хорошо, я подожду.

На завтра у них был запланирован визит к егерям и отбытие Кэт в Заповедник.

Я здорово нервничала. Вроде бы и повода особого нет, и все-таки мандраж был такой, что, казалось, сейчас зубами стучать начну. Заповедник приближался, я постоянно смотрела на высокие пики гор в окно кареты. Артем, который все-таки пожелал присоединиться к нам, в окно смотреть не стал, нацепил свои смешные очки и вновь уткнулся носом в очередную книгу, типичный ботаник. На него я старалась оборачиваться поменьше, потому что в этих круглых очках он напоминал мне черепаху Тортилу и трудно было удержать глупое хихиканье.

Вчера у нас с Гестом состоялся очередной разговор, действующий на мои неокрепшие мозги покруче, чем новогодняя попойка. С этим драконом невозможно общаться долго и при этом не почувствовать, что мир вокруг напрочь лишен логики и иллюзорен, как видения шизофреника. Я начинаю бояться этого дракона.

– Тебе нужно больше внимания уделять своей драконьей жизни, – сообщает со своей лукавой улыбкой.

И я озадаченно задумываюсь: что же он имел в виду? Как я могу недостаточно уделять внимание своей драконьей жизни, если я ею живу?

– Мы не так уж сильно нужны людям, гораздо больше люди нужны нам. – Этакое философское замечание между делом. И самое интересное, я до сих пор искренне считала, что дело обстоит с точностью до наоборот. Но Гест, он старый и мудрый (если не сумасшедший, конечно), ему видней.

И опять, казалось бы, совершенно не имеющая отношения к нашему разговору и даже странная фраза заставила меня всерьез задуматься о многом. Например, о том, что о взаимоотношениях драконов и людей я знаю лишь с одной точки зрения, как фамильяр. А как оно выглядит с другой стороны, с точки зрения вполне разумного вида, вынужденного тем не менее притворяться не просто дикарями, а дикими животными, жить в резервации и терпеть людей, которые регулярно похищают их новорожденных детей? В таком ракурсе и вовсе непонятно, кто же кому на самом деле нужен – люди драконам или драконы людям.

В общем, разговор с Гестом весь прошел в таком же ключе. Он говорил что-то на первый взгляд совершенно нелогичное и к разговору не относящееся, а я вдруг задумывалась над этим, как над настоящим откровением. В результате о чем говорили, толком не помню, но осталось стойкое ощущение, что в отношениях людей и драконов все очень непросто и точно не так, как выглядит на первый взгляд.

И вот наконец Заповедник, уже практически приехали. Уже видно большое деревянное строение, похожее на русский терем, местообитание егерей, дальше никому, кроме них, хода нет. Сейчас Ингельд отправится их страшить своей инспекцией, а мы с Артемом полетим дальше.

Карета остановилась перед высоким деревянным частоколом.

– Ну… мы полетели, да?

А сама только нос из кареты высунула, трусиха. И чего бояться-то, спрашивается? Ингельд молча вынул меня из кареты и отошел в сторонку. Понятно, поговорить хочет без свидетелей. Ну захотелось человеку со своим фамильяром поговорить, никто бы не удивился. Но Ингельд, он иногда настоящий параноик. Правда, с нами пошел Бьёрн, который вежливо держался на расстоянии, но из поля зрения не выпускал. Безопасность превыше всего.

– Ты тут осторожней, – говорю немного нервно, – хорошо?

– Разумеется, – соглашается Ингельд. – Постарайся управиться со своими делами за два-три дня, дольше у меня не будет повода здесь задерживаться.

– Да я и самостоятельно до города доберусь, думаю, меня и проводят, если что.

– Если что… драконы против браконьеров могут немногое, – недовольно заметил Ингельд. – Так что давай ты не будешь рисковать понапрасну.

– Ладно, но ты тоже не рискуй. Не ходи на ту встречу без меня. И вообще, чего мы прощаемся, будто я не на пару дней улетаю?

– Потому что ты впервые улетаешь одна и нервничаешь, – замечает Ингельд.

Ну раз уж и он это заметил… пора брать себя в руки и перестать трястись, как заячий хвост. Приподнимаюсь, быстро обнимаю его за шею и, спрыгнув с рук, лечу к Бьёрну, его тоже обнимаю, мимолетно ткнувшись носом в щеку. И Бьёрну хочется сказать, чтобы был осторожен, но это глупо при его-то работе. Да и вообще, хватит уже этих глупых сантиментов!

Машу Артему, чтобы догонял, и срываюсь в сторону гор. Бедолага, придерживая одной лапой очки, а второй книгу, помчался за мной, петляя и кренясь на одну сторону. Вот ведь, книжка ему лететь мешает, но этот чудик и не додумался даже, что ее можно оставить в карете.

Мы летели, и по пути я пыталась что-нибудь вспомнить о Заповеднике. Это оказалось довольно сложно. В памяти сохранилось немногое: в то время, когда мне снились чудесные сны о полетах, я мало смотрела вокруг, наслаждаясь самим ощущением свободы. Куда уж там по сторонам глазеть, а тем более что-то запоминать. Теперь жалею, ведь могла бы иметь хоть какое-то представление о том, куда лечу.

Драконы живут в гнездах и выводят в них маленьких драконят? И зимой тоже?

Но горы были тихи и безлюдны, точнее, бездраконны. Есть такое слово? Ну, будем считать, что теперь есть. А если серьезно, в Заповеднике действительно было на удивление тихо, никого мы не встретили. И на обледенелых скалах имелось несколько заброшенных гнезд, но неизвестно, принадлежат ли они драконам, или, может, и вовсе местным гигантским орлам. Должны же тут какие-то птички водиться или нет?