– Задумывалась.

– Ну и?

– Потом как-нибудь. Под куртку так под куртку… ты когда мылся последний раз?

Пересмеиваясь, Андрей и Шанти спустились с тракта к виднеющемуся внизу лесу.

Здесь царило почти что лето – зеленые кустарники, зеленая трава, сочная, отросшая под осенними дождями. Чем дальше путники двигались на юг, тем больше пейзаж приближался к субтропическому. Андрею он чем-то напоминал пейзажи Пятигорска – залесенные горы, заросшие густым кустарником скалы, озерца у подножия гор. Монаху и его спутнице нужно было отойти подальше, чтобы никто не смог увидеть, что они творят. Иначе слухи разнесутся не только по Славии…

Пришлось пройти не менее пяти километров, прежде чем они удалились так, чтобы тракта не было видно. Дорога шла вдоль подножия гор, над окружающей местностью, так что видимость, особенно в осеннем прозрачном воздухе, была невероятной. Если глядеть с дороги, тоже можно кое-что заметить – уж драконицу размером с лошадь точно, – но уловить масштабы, понять, что это такое, было невозможно. С дороги Шанти должна была выглядеть как какая-то птица в вышине, что-то вроде орла. Этого Андрей и добивался.

Перед тем как переместиться в Балрон, Андрей подошел к берегу реки – здесь она уже не гремела где-то далеко внизу, в глубине каньона, неслась возле ног, ворочая валуны. Прикинул – смог бы он перебраться через этот бурный поток сам, без дракона? Получилось – не смог бы. Даже в виде Зверя. Река была настолько бурной, настолько свирепой, что снесла бы и танк, если бы он вошел в этот брод. Кстати сказать, это действительно был брод – на той стороне виднелись давние следы повозок.

Андрей спустил Шанти с рук и сказал:

– Ну что, подруга дней моих суровых, опять мы с тобой вдвоем? Как и всегда. Куда ты пошла?

– Куда-куда… Тебе объяснить в подробностях?

– Хм… раньше ты не стеснялась делать это при мне. Чего это с тобой такое стало, а?

– Взрослею, наверное, – хмыкнула Шанти и вдруг замерла, повернув голову.

Замер и Андрей, глядя на выходивших из густых кустов людей в военной форме, в кирасах и шлемах. На поясах у них висели сабли, кинжалы, а двое держали арбалеты, направленные прямиком в грудь Андрею.

– Эй, ты чего тут болтаешься, возле границы? – Человек в куртке поверх кольчуги вышел вперед и скрестил руки на груди. – Что, хотел перейти реку? Мы за тобой давно наблюдаем. Груза нет, налегке, значит, не контрабандист, но переходить мост, как все, не желаешь. Лазутчик? Шпион? Ну-ка, вынь кинжал и брось его мне… только без резких движений, медленно, иначе получишь болт в брюхо.

– Господа, – начал Андрей осторожно и примиряюще, – мне бы не хотелось неприятностей. Позвольте нам уйти, и ничего не произойдет. Вы меня не видели, я вас не видел, давайте разбежимся, а?

– Гляньте – он идиот, что ли? Тебе чего сказали?! Снимай кинжал и становись на колени! Вязать будем. На посту разберемся, кто ты и что ты… Кстати, черная кошка мне о чем-то напоминает… ой, это не на тебя ли ориентировку давали?! Убийца-шпион? Да за тебя награда пятьсот золотых! По сто за каждого убитого тобой аристократа! Честно, парень, мне на них плевать, я сам этих богатеев не люблю, но ты слишком много теперь стоишь. А мне надо ростовщику отдать пятьдесят золотых, а Енга жена терзает, что он денег мало приносит, а Пирсу надо на его молодую девку – она деньги очень любит. Да и остальным денежки нужны. Извини, но ты наш кошелек, и мы тебя не отпустим. Впрочем, так и так бы не отпустили. А капитан молодец – послал заставы на броды! Голова! Говорит: беглец попытается обязательно проверить, можно ли обойти таможенный пост.

– Ты чего такой болтливый? – хмуро осведомился Андрей. – Считаешь деньги, не взяв кошелька? Ты еще попробуй возьми меня!

– Хм… да, но ты погляди – нас восемь человек, а ты один. Мы вооружены, в броне, с саблями – ты с голыми руками и сторожевой кошкой. Ага – сторожевой кошкой! – Человек расхохотался, и ему вторили все семь солдат. – Рассчитываешь нас кошкой затравить? Ну хватит, парень, сдавайся. Я не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал. Мне придется всадить тебе пару болтов в руки и ноги, и ты все равно пойдешь с нами. Лучше бы ты был здоровым, шел сам – самому же приятно быть здоровым, правда же? Ну вот смотри: раненый ты будешь или не раненый – мы все равно тебя доставим на пост, только в первом случае ты понесешь ущерб, будешь мучиться, а результат ведь тот же. Шарс, пристрели его кошку – чего-то мы с ним слишком долго возимся. Надо, чтобы ты понял серьезность ситуации, а то мне кажется, ты недопонимаешь. Шарс, чего встал-то?

– Жалко кошку, командир. Она удачу приносит! Как бы нам свою удачу не пристрелить…

– Дай сюда, болван! – Командир стражников выхватил арбалет у подчиненного и навскидку пустил болт в Шанти.

Надо сказать, стрелять он умел. Металлический цилиндрик, пробивавший броню рыцаря как картонную, с силой ударил в бок не издавшей ни звука драконице и, отрикошетив, ушел в сторону, выбив искры из соседнего валуна.

Стрелявший вытаращил глаза, будто увидел морского змея, а Шанти, раздосадованная задержкой в пути, глуховатым граммофонным голосом громко сказала: