Чем ближе была цель, тем Тарасу становилось тревожней. Ему опять стало казаться, что он зря взял с собой Галю. Ведь риск очень велик, учитывая к тому же, что экстрасенс – мужчина, а значит, наверняка силен не только «паранормально», но и просто физически. О себе такого Тарас, к сожалению, сказать не мог. Он, конечно, надеялся, что до применения физической силы дело не дойдет. И все же…

Тарас посмотрел на Галю. Та глядела в окно столь внимательно, будто там происходило нечто, от чего зависела ее дальнейшая судьба. Но он-то знал, что судьбы и Гали, и его самого находились сейчас в руках некоего Кирилла, доморощенного экстрасенса. Впрочем, поправил себя Тарас, отнюдь не доморощенного, а если и так, то не самозванца, это уж точно. Недаром отметила Катя, что способности его далеко выходят за границы известного ей и даже имеют оттенок сверхъестественного. В подобные чудеса Тарас раньше не верил, но события последних дней заставили его пересмотреть свои убеждения.

Он хотел уже попросить девушку-водителя остановить автомобиль, но все-таки передумал. Галя не согласится оставить его; это так же верно, как то, что он готов отдать за нее жизнь. Но было и еще одно соображение, заставившее Тараса промолчать. Ведь в их с Галей головах продолжала сидеть «программа», внедренная в них экстрасенсом. И неизвестно, как поведет она себя в дальнейшем, не окажется ли троянским конем, проявив свою коварную сущность в любой возможный момент. Эту «начинку» следовало непременно выковырнуть, обезвредить, как мину-ловушку, а сделать это помимо самого «программиста» вряд ли кто сможет. Поэтому Гале волей-неволей нужно было идти на эту встречу.

Как им придется действовать, Тарас не мог знать. И это его очень нервировало. В то же время не делать совсем ничего тоже было нельзя. Конечно, существовал вариант – подключить к делу милицию, но Тарас его сразу отбросил как полностью непригодный. Никакой, даже самый умный мент, каким бы современным и продвинутым он ни был, не поверил бы в то, что рассказали бы ему они с Галей. В лучшем случае их подняли бы на смех. В худшем – привлекли бы в качестве свидетелей, а то и подозреваемых по делу о взрыве дачи. Нет, милиция отпадала категорически. Приходилось надеяться лишь на случай, а скорее – на пресловутый русский «авось» и действовать по обстоятельствам. Надеялся Тарас также, и надежда эта была действительно сильной, на удивительное оружие защиты – любовь. Ведь с тех пор как он полюбил Галю, таинственный враг так и не сумел заставить его сделать что-то против воли, хоть это и стоило Тарасу немалых усилий и боли. К тому же любовь теперь взаимна, а значит, сильнее вдвойне. Сильнее боли.

С такими мыслями и выходил Тарас из машины, а потому не обратил внимания, что неподалеку остановился еще один автомобиль. Очнулся он только после ощутимого толчка в бок Галиного локтя.

–Тарас!..

Он посмотрел в ту сторону, куда был устремлен взгляд побледневшей любимой, – на красную вазовскую «семерку», стоявшую в пяти-шести шагах от них. Дверца со стороны водителя открылась, и из машины вышел Валерка. Он удивленно посмотрел на Тараса, перевел взгляд на Галю, поморгал и снова уставился на Тараса.

–Надо же, – сказал он, подходя к ним. – Что-то сегодня желающих на прием много. Чур, я первый.

–На какой прием? – нахмурился Тарас. Валеркино присутствие никак не входило в его планы.

–Ну как же? Ты ведь не зря у меня адрес спрашивал… Хотя и не понимаю теперь зачем. – Он вновь красноречиво посмотрел на Галю.

–А ты зачем? – буркнул Тарас.

–Да ты мне идею хорошую подал. Может, знахарь этот мне подскажет, где батю искать. Больно уж не хочется тысячу квартир обзванивать. И то, может, напрасно – вдруг тачку все-таки угнали тогда, вон она какая покарябанная.

–Ну иди. Мы тут покурим пока.

–Ладно, – подмигнул Валерка, но, глядя куда-то за спину Тараса, сказал вдруг: – Ого! А этот случайно не туда же?

Тарас обернулся. К дому подходил мужчина, одетый в добротную бежевую куртку, тщательно отутюженные брюки и зеркального блеска черные туфли. На голове у него красовалась никак не гармонирующая с этими предметами гардероба простенькая кепка.

–Ну, здравствуй, сын, – приблизившись к Тарасу, вытянул он руки.

–Здравствуй, папа, – прошептал Тарас и крепко обнял мужчину, уткнувшись лбом в его шею.

Они стояли так, и впервые за последние дни в голове у Тараса было пусто. Он не думал ни о чем. Он снова чувствовал себя маленьким мальчиком, у которого есть такой сильный, смелый, самый хороший в мире отец. К нему можно прижаться вот так и забыть про все беды, потому что нет на свете такой беды, с которой папа не смог бы справиться. Правда, он не справился с мамой, но это не в счет.

Тарас наконец-то разжал руки и слегка отстранился.

–Знакомься – это моя Галя, – сказал он, глянув на оторопевшую любимую.

–Я знаю, – кивнул отец. – Одобряю твой выбор. – Затем он подошел к Гале и снова коротко кивнул: – Румянов Артем. Очень приятно.

Тарас подумал, что отец щелкнет сейчас каблуками, но тот воздержался. Зато Галя его удивила. Она сделала книксен и протянула отцу ладонь тыльной стороной кверху:

–Галина. Пока Пыльева.

Тарасу очень понравилось это Галино «пока». Между тем отец галантно поцеловал Галину ручку и снова повернулся к Тарасу.

–Вы к Кириллу? – спросил он столь буднично и просто, будто собрались они к общему знакомому на чашечку чая.