— Спасибо, Хэл.

Палмер уже готов был соскочить с края подиума, на котором стоял стол, когда врезался в заместителя губернатора, который энергично остановил его и изложил некоторые моменты предлагаемых изменений налогов на ближайшие пять лет. Палмер его тоже поблагодарил и двинулся дальше.

На протяжении следующих пяти минут его приветствовали еще полдюжины людей во фраках, один из которых представил его своей жене. Двое других жарко объясняли свои финансовые затруднения, третий расспрашивал, провалилось ли слияние с Народным банком, четвертый предложил возможность спекуляции долговыми обязательствами кубинского правительства через посредничество Швейцарии, а пятый хотел знать, правда ли, что рекламой ЮБТК занимается другая фирма.

Наконец Палмер обнаружил себя прижатым спиной к стене поблизости у входа в танцевальный зал. Он снова попытался высмотреть Вирджинию. Безуспешно. Оркестр начал играть одно из этих бесконечных попурри в умеренном темпе. Потом он заметил, как она мелькнула в дальнем конце зала, танцуя с высоким, плотным мужчиной с коротко подстриженными темными, с проседью, волосами.

Это был тот мужчина, которому она обещала первый танец, решил Палмер: она дала совершенно определенно понять, что найдет его, когда настанет время для танцев. Кроме того, думал он, ее совсем не заботит, приглашу я ее танцевать или нет. Более того, подумал он, я и сам этого еще не решил.

Когда он начал пробиваться к гардеробу, двери лифта раздвинулись, и группа мужчин с шумом высыпала в коридор. Один из них, газетчик, который обычно освещал новости бизнеса, заметил Палмера и обратился к нему.

— Что вы об этом думаете, мистер Палмер? — начал он.

— Привет, Эл. Думаю о чем?

— Ну, об этом… Подождите секунду, вы разве не знаете, что тут внизу был большой скандал?

— Какой скандал?

— На другом обеде, — объяснил газетчик. — Министр обороны должен был встретиться с группой бизнесменов высшего уровня. И, господи, всю Парк-авеню запрудили хиппи и всякие ведьмы, устроили там демонстрацию.

Палмер кивнул.

— Они протестовали против чего-нибудь конкретно?

Газетчик, ниже ростом, чем Палмер, полноватый, смотрел на него словно с недоверием.

— Вы шутите надо мной, мистер Палмер? Против войны во Вьетнаме.

— Понятно, — быстро заметил Палмер. — Уверен, что там полно полиции.

— Их там сотни. А меня послали на это вшивое сборище сберегательных банко… — Он замолчал, взглянув в глаза Палмеру. — Я не хочу проявить неуважение к кому-либо, но самое интересное — внизу, а не здесь.

— Такова уж наша жизнь в банковском деле, — сказал Палмер. Он услышал, что за его спиной оркестр перестал играть. — Мы всегда участвуем в скучных событиях. А все веселенькое всегда происходит где-то в другом месте.

Газетчик снова взглянул на него с недоверием.

— Вы опять шутите?

— Вовсе нет.

— На том ужине, внизу, собрались все крупнейшие представители медеплавильной и космической отраслей. Держу пари, что ЮБТК оплачивает половину перевозок того, что они производят.

— Это установленный факт?

— Ну, фигурально говоря, — добавил газетчик и тут же спросил: — А как получилось, что вас не было на том приеме?

— Не пригласили. Пригласили только на этот. — Палмер почувствовал, что начинает уставать от наивных вопросов этого человека.

Он повернулся и направился обратно в танцевальный зал. Журналист последовал за ним.

— Еще увидимся, Эл.

— Не могли бы вы прокомментировать?

На лице Палмера сохранялось вежливое выражение.

— Я думаю, что на нашем все было замечательно вкусно.

— Вы же понимаете, что я имею в виду, мистер Палмер. Относительно этой демонстрации и всего остального. О войне.

— Эл, я понимаю, что вы таким образом зарабатываете на жизнь, но разве не сущий идиотизм выуживать комментарии у человека, который даже не знал об этих событиях, пока вы не сказали ему об этом?

— Итак, я идиот, — ответствовал журналист. — Теперь, когда вы это знаете, как насчет комментария?

Палмер глубоко вздохнул. Он понимал, как глубоко завяз, в какое дурацкое положение попал, но будь он проклят, если позволит, чтобы этот придурок вывел его из себя.

— Знаете что? Напишите сами отчет о том, ради чего вас сюда прислали, или вернитесь вниз и задайте ваши вопросы кому-нибудь там.

— Вы объясняете мне, как я должен делать свою работу?

Палмер осознал, что он вывел парня из себя.

— О’кей, Эл, — сказал он тогда, — ваша взяла. Сделайте так: «Вудс Палмер сказал — никаких комментариев». Ладно? Снова друзья?

— Мне кажется, вы думаете, что я такой простак, которого вы можете…

— Этот человек вам надоедает? — спросила журналиста Вирджиния Клэри.