Кузьмин отошел от окна к тумбочке, налил в стакан воды из чайника и жадно выпил.

– Вы давно живете с Юлией?

– Больше года.

– А знакомы?

– Два года.

– Серьезные размолвки были? Такие, чтобы она или вы уходили из дому и ночевали у друзей или родителей?

– Нет.

– Честно?

– Честно. Настолько серьезных размолвок у нас не было. – Олег криво улыбнулся: – Пока не успели.

«Сколько бы я дал, чтобы у нас еще появилась возможность крупно поссориться! Пусть мы разругаемся в пух и перья! Пусть она хлопнет дверью и уйдет ночевать к родителям! Пусть! Главное, чтобы она была жива!»

– Насколько я понял, Юлия не пришла домой сегодня ночью?

– Совершенно верно.

– Вопреки обыкновению?

– Да.

– Вчера вы не ругались?

– Нет.

– Олег Николаевич, пожалуйста, подумайте еще раз: не могло ли вчера в ваших отношениях случиться нечто, способное серьезно обидеть Юлию? Когда люди живут вместе долгое время, они порой перестают за собой следить. Возможно, случайная фраза, незамеченная и ничего не значащая для вас, произвела на Юлию сильное впечатление. Подумайте, попытайтесь вспомнить.

– Или в вашем телефоне есть ненужные SMS, – добавил Кузьмин. – Или ненужные фотографии.

– Мы не копаемся в вашем белье.

– Пока.

– Просто это очень важно.

– У меня нет «ненужных» SMS, – спокойно ответил Олег. – И вчера мы не ругались. Когда я уезжаю на работу, Юлька еще спит. Я сам делаю себе завтрак.

– Во сколько Юлия должна была вернуться домой? – резко подал голос Кузьмин.

Лейтенант спросил жестко, громко, да еще и стоя за спиной молодого человека. Как будто холодной водой облил. А Стоценко, не отрываясь, изучал выражение лица Олега.

– Юлька – журналист, точнее, еще учится на журналиста, но уже работает. У нее свободный график. Обычно она приезжает домой к восьми, максимум, к девяти вечера, если мы никуда не собираемся. У нас есть договоренность, если кто-то задерживается и не появляется до девяти, то он предупреждает.

– Договоренность работает?

– Всегда. Если один из нас задерживался после девяти, второй знает, где он.

– Ее мобильный? – быстро спросил Стоценко.

– Выключен или недоступен.

– Угу.

– А где вы были вчера? – поинтересовался Кузьмин.

Летящие из-за спины вопросы слегка нервировали молодого человека, однако Олег решил не поддаваться и ответил спокойным тоном, глядя прямо в глаза Стоценко:

– Дома.

– А до этого?

– На работе.

– График передвижений составить можете?

– Зачем?

– Я говорил, что не задаю вопросы просто так, ради интереса, – мягко напомнил Стоценко. – Семейные дела непредсказуемы.

– Случаи бывают разные, – подтвердил Кузьмин. – Сидит здесь убитый горем муж, требует отыскать драгоценную супругу, усладу очей своих, а потом выясняется, что сам же и закопал любимую.

Спорить не хотелось. Злиться тем более.

– Юля пропала, – тихо произнес Олег.

– Пока у нас есть только ваши слова.

Милиционеры серьезно смотрели на молодого человека. Они не шутили. Они могут играть в «камень-ножницы-бумага», разгадывать кроссворды, выпивать, но когда начинается работа, они не шутят. Потому что от их работы зависят чужие жизни.

– Я понял, понял. Мой вчерашний день… – Олег задумался. – Из офиса я не уезжал, с девяти до шести был на месте. Даже до семи примерно, пришлось задержаться. Потом сел в машину… домой приехал где-то в половине девятого.

– Кто-нибудь вас видел?

– Сторож на стоянке.

– Когда вы последний раз говорили с Юлией?

– Днем, по телефону.

– Где она была?

– В Михайловской больнице.

– Она заболела? Проходила обследование?

– Какое это имеет значение?

– Иногда люди получают от врачей такие новости, что предпочитают не возвращаться домой, – ровно объяснил Стоценко. – То есть совсем не возвращаться.

– Юля готовила материал о больнице. Находилась в Михайловской по работе.

– Точно?

– Абсолютно.

– Вы уверены, что во время вашего телефонного разговора Юлия находилась именно в больнице? – вновь взял слово Кузьмин.

– У нее там подруга работает, Юля с ней виделась. Можно уточнить.

– Уточним. Что вы делали вечером?

– Я поел, посмотрел телевизор, примерно в половине десятого стал напрягаться. Позвонил Юле, телефон не отвечает. Потом позвонил Ольге, это та самая подруга из больницы, она сказала, что Юля была, но уехала ближе к вечеру.