— Густав.

— А-а… — Хамзи имел свое мнение насчет кардинала Луминар, но, вспомнив о существовании записывающей аппаратуры, попридержал его.

Нет, не стерпел:

— Скотина он. Вот! Грязная масанская свинья!

Во избежание недоразумений с охраной, предусмотрительный Биджар произнес последнюю фразу на унтонском диалекте шасского — эту тарабарщину использовали в Торговой Гильдии в качестве секретного языка. Ходили слухи, что даже навы, способные освоить азам, пасовали перед лингвистическим достижением торговцев.

— Мерзавец, каких свет не видывал, — согласился Кумар на том же наречии.

— Я думаю, надо устроить ему какую-нибудь пакость. Пусть поймет, с кем связался, — не унимался Хамзи.

На этот раз Урбек размышлял подольше. Биджар успел выпить свой коньяк, плеснуть в бокал еще дозу, оприходовать ее и вновь потянуться за бутылкой, когда Кумар глубокомысленно заметил:

— Магической энергии нет. Ни капли. А без нее хорошая пакость невозможна.

— Смотря о какой пакости идет речь.

— Сбежать? Опасно. Поймают и высушат.

— Хотели бы — давно высушили. А Густаву даже денег не надо, просто так нас держит, из вредности. Слышал, как он нас назвал: мелкая разменная монета! Значит, ничего не сделает.

— Побьют, — поморщился Кумар.

— Бьют тех, кто сопротивляется. А мы не станем. Если поймают — тут же сдадимся. А если не поймают, то нос мы ему здорово утрем.

— Ну, если бить не станут, то можно попробовать, — рассудительно заметил Урбек. Но сомнения его не покинули: — Но как бежать без магии?

— Дедовским способом.

— Пророем тоннель? Я копать не умею, да и лень. — Кумар покачал головой: — Лучше денег Густаву заплатить, чем мозоли на руках кровавые…

— При чем здесь тоннель? Я думал…

— Мальчики, вы были великолепны!

— Мы даже не знаем, кто из вас лучше!

— Оба хороши!

— Биджар, а как это у тебя получилось…

— Подробности потом, — скривился Хамзи. — Сейчас не время.

— Но ты мне покажешь? — Девушка прильнула к шасу. — Марта говорит, это было великолепно.

— То есть я не с тобой спал?

— Нет… — Мэри подумала и решила обидеться: — Неужели мы так похожи?

— Нет, вы очень разные, поэтому я вас и путаю. Я, знаешь ли, вырос среди близнецов… — Внезапно глаза Биджара сверкнули. Он взял девушку за руку и поинтересовался: — Дорогая, ты натуральная блондинка?

— Конечно, милый.

— Как же, натуральная! — фыркнул Кумар.

— Честное слово, блондинка, — надула губки Мэри и тут же вернулась к волнующей ее теме: — Биджар, так ты покажешь мне…

— Обешаю, родная! — Хамзи внимательно изучил прическу девушки и перевел взгляд на друга. — Урбек, она на самом деле не крашеная!

— К чему ты клонишь?

— Ты помнишь свойства волоса натуральной блондинки?

— Вызывает желание.

— Это побочный эффект.

Кумар почесал затылок.

— Вызывает сонливость.

— Точно!

— Но только в сочетании с голосом, — припомнил Урбек.

— Обеспечим. Главное, что с помощью ее кудрей можно усыпить представителя любой расы.

— А голос?

— Мы попросим ее говорить, когда будем варить зелье.

— Зелье! Ты представляешь, сколько ингредиентов потребуется, чтобы исключить магическую энергию?

— У тебя что было в школе по прикладному зельварению? — высокомерно поинтересовался Хамзи.

— То же, что и по теоретическому, — три с плюсом, — не менее высокомерно, даже с некоторым вызовом, ответил Кумар. — Я тогда закладывал основы бизнеса и не мог отвлекаться на ерунду.

— Закладывал основы бизнеса? Мелочь по карманам тырил?

— Нет, покупал у концов неработающие артефакты и втюхивал их Службе утилизации под видом выпущенных в XIX веке.

— А стоило бы учиться. Между прочим, у меня в аттестате по зельварению пятерка.

— Для чего учиться-то? — осведомился Урбек.

— Чтобы локти не кусать, наблюдая, какое преимущество дает хорошее образование.

— У тебя есть преимущество?

— Да, — с вызывающей скромностью кивнул Биджар.

— На тот случай, если ты забыл, напоминаю: ты сидишь вместе со мной.