— Загляните ко мне, когда вернетесь. Нам нужно кое-что обсудить — пришли анализы по культуре стафилококка, выделенной у медсестры. Штамм тот же, что и у Майкла Келли.

Стивен тяжело вздохнул. Обычно ему удавалось отключаться от работы на то время, пока он был с Дженни, и переходить в «семейный» режим, но сейчас точно был другой случай. В душе у него кипела смесь бессильного гнева, жалости и вины, а в таком состоянии лучше ни с кем не общаться. Стивен не хотел, чтобы темный мир его работы закрыл солнце Гленвэйна. Он позвонил Сью и извинился, что приходится отменить приезд.

— Не занимайся из-за этого самоуничижением, Стивен, — сказала Сью, которая всегда все понимала. — Если не можешь приехать, значит, не можешь. Мы все знаем, что для этого наверняка есть веские основания — и, наверное, лучше, если мы не будем о них знать, — добавила она.

— Спасибо, Сью. Я позвоню Дженни, когда… все хоть немного наладится.

— Будь осторожен, Стивен. Я передам ей от тебя привет.

Стивен молча возблагодарил судьбу за то, что она послала ему такую свояченицу, и задумался над тем, как часто ему приходилось звонить Сью, когда работа становилась совсем несовместимой с нормальной жизнью. Это, в свою очередь, заставило его признать, что Талли была права. Его попытки преуменьшить опасности работы были нелепыми. Опасность и смерть всегда таились за горизонтом. В таких обстоятельствах он не мог ожидать от отношений с женщинами большего, чем мимолетный роман. Только этого вывода не хватало ему, чтобы и без того ужасный день стал еще хуже…

Было уже начало десятого вечера, и Стивен сел в машину, обдумывая, как сообщить новость Мэри Лайонс. У него был ее университетский номер телефона, но в это время она, скорее всего, уже дома, а завтра суббота, выходной. Зная, что в последнее время многие предпочитают не вносить свои телефонные номера в общественные справочники, он решил все равно проверить и, позвонив в справочную, спросил номер Мэри Лайонс в районе Ньюкасла.

— Бельведер Роуд, тридцать семь? — уточнила оператор.

— Да, — сказал Стивен, не видя другого варианта.

— Хотите, чтобы я вас соединила?

Мэри Лайонс ответила, четко озвучив свой телефонный номер, что показалось Стивену очаровательно старомодным и гораздо более интересным, чем банальное «Да?»

— Профессор Лайонс, это Стивен Данбар. К сожалению, у меня для вас очень плохая новость.

— Я этого боялась, — вздохнула Мэри Лайонс. — Это касается Луизы, да?

— С ней произошел несчастный случай… со смертельным исходом. Сегодня днем она упала со скалы в Лифорде.

В трубке послышалось легкое всхлипывание, затем повисла долгая пауза, а потом Мэри Лайонс сказала:

— Я прекрасно понимаю, что вы рассказали мне не всю историю, доктор Данбар. Это все имеет отношение к человеку, который вчера приезжал к нам на кафедру?

Стивен оказался в затруднительном положении.

— Он является частью истории, — признался он, — но все это очень сложно…

— Если бы только я была умнее…

— Нет, профессор, уверяю, от вас ничего не зависело, — сказал Стивен, впрочем, прекрасно понимая бесполезность этих слов в подобной ситуации. — Это просто несчастливое стечение обстоятельств, которое никто не мог предугадать.

— Насколько я понимаю, этот «несчастный случай» будет расследовать полиция?

— Власти не оставят камня на камне, чтобы выяснить правду, — твердо произнес Стивен, хотя и опасался, что его слова звучат как выступление министра. — Обещаю вам, справедливость восторжествует.

— Я просто не могу поверить, что это случилось… Бедные родители девочки…

— Полиция сообщит им. Профессор… я знаю, вы переживаете ужасное потрясение, но я должен кое-что спросить у вас… Вы сказали, что-то в результатах анализов показалось Луизе странным и она отметила это в разговоре с человеком, который приходил к вам на кафедру?

— Да, но они оба согласились, что это не имеет отношения к пересадке костного мозга.

— Вы не видели, что написала Луиза в отчете, но, может быть, она что-то сказала по этому поводу во время разговора? Я готов ухватиться за любую соломинку…

— Нет, к сожалению, ничего. Эта странность была упомянута мимоходом.

— Что ж, ладно, — сказал Стивен, со всей остротой чувствуя горе собеседницы, а теперь еще и ее огорчение от того, что она не смогла ему помочь.

— Но вы можете посмотреть сами, — вдруг сказала профессор.

— Простите?

— Я кое-что вспомнила. Когда вы попросили Луизу сделать анализы, и она обратилась ко мне за разрешением, я сказала, что нужно оставить компьютерный файл отчета, как того требует руководство университета. Они очень строго относятся к работе «на сторону», точнее, даже не они, а страховые компании, финансирующие университет. Для Луизы на кафедральном сервере был создан файл, чтобы она заносила туда информацию обо всем, что делает — так проще подсчитать затраты на использованное оборудование и реактивы. Последнее, что ей надо было внести в файл — это окончательный отчет, который будет оставаться на сервере до тех пор, пока заказчик не получит счет и не рассчитается.