— Рад, что вы присоединились к нам, коллеги. — Тэйон счёл, что ребята уже достаточно отдохнули и пора приступать к делу. — Занимайте свои места. Прошу помнить, что при данной магической процедуре основное значение имеет не сила, а самоконтроль и умение сохранять спокойствие под напором энергий. Также ещё раз подчёркиваю: сегодняшнее упражнение будет дополнительно осложнено тем, что работать мы будем не в полном контакте с источниками. Он не стал упоминать вслух, что работа «через рукавицы», во много раз осложнявшая контроль над энергий применялась в основном потому, что представляла гораздо меньшую опасность для творящего заклинание мага. Если сознание волшебника не слито напрямую с тем, что он сотворяет, то у вышеупомянутого волшебника куда меньше шансов пострадать, если сеанс магии пойдёт не так. Магистр Алория не думал, что у кого-нибудь из изощрённых в магии лаэссэйских интриганов хватит глупости организовать покушение во время плетения столь масштабного заклинания. Последствия могли оказаться непредсказуемыми. И в то же время… Прошло уже полное пятидневье с тех пор, как в городе появилась Таш д’Алория, и с того первого раза никого из них больше не пытались убить. Это… настораживало. Тэйон предпочёл бы, чтобы попытки убийства следовали одна за другой, а нынешняя благодать слишком напоминала ему пресловутое затишье перед бурей.

Маг собирал информацию. Обновлял библиотеку заклинаний. И ждал, ждал с безграничным терпением опытного охотника, пока противники не сделают первый ход и не совершат первую ошибку. А до тех пор оставалось только принимать все мыслимые и немыслимые меры предосторожности, сколь бы глупыми они ни казались угрюмо насупившимся младшим ученикам.

Сманеврировав креслом так, чтобы за его спиной оказался широко распахнутый юго-западный проход, маг следил, как остальные занимают свободные места вокруг магического макета. Ойна попыталась было пробраться к восточной грани, но, повинуясь рубящему движению руки мастера, покорно передвинулась вправо. Возможно, работать со знакомым с пелёнок Шрингарским источником и было бы для неё проще; данное упражнение должно было засвидетельствовать, чему девочка научилась в Академии, а не то, как часто ей доводилось без спроса залазить в энергетические закрома дедушки-стража. И без того понятно что часто! Магистру стало ясно, что сие не в меру талантливое дитя отличается чем угодно, только не послушанием, в первый же день, когда она из общего класса в Академии была переведена в его личные ученицы. И маг вот уже три десятидневья пытался вбить в паршивку простую истину: со стихиями или забываешь о лёгких путях, или погибаешь.

Повинуясь быстрому взгляду магистра, Ноэханна заняла позицию рядом с Ойной, готовясь в случае чего страховать малявку, а Турон точно так же встал возле Риока. Гвин, Кеаран и Нуэро заняли свободные места. Застыли, впившись взглядами в мерцающие огоньки, бывшие отражением магических источников пределов.

Магистр Алория начал медленно и тщательно собирать потоки воздуха и энергию, из которых будет сплетено это заклинание.

— Риок, Ойна. — Голос мастера, сконцентрированного на стихии, звучал, как если бы в его обертонах звенел ветер. Далёкие, нездешние интонации, которые никогда не смогло бы воспроизвести горло не тронутого магией человека. — Мне, признаюсь, крайне интересно узнать, а не выучили ли вы случайно то, что я приказал зазубрить перед этим практическим занятием?

Сосредоточенность Ойны при этом вопросе опасно пошатнулась, энергии неуверенно заплескались, лишённые равновесия, и тут же выровнялись, когда ученица усилием воли взяла панику под контроль.

— Да, учитель, — хором протянули несчастные студиозусы, судорожно пытаясь сообразить, как им одновременно и держаться за магический поток, и отвечать на каверзные вопросы сидящего в кресле изувера. Ничего, пусть учатся, пора уже.

— Риок, объясните нам, пожалуйста, почему в это время года юго-западные ветры создают столько проблем для погодных магов.

— Из-за разницы сезонных циклов в соединённых порталами мирах, — заученно отрапортовал четырнадцатилетний школяр.

— Подробнее, пожалуйста. — Тэйон уже собрал основу для заклинания, теперь пора было вводить в действие основной узор. Мысленно произнесённая фраза — и на полу, вокруг неподвижно застывших человеческих фигур вспыхнул голубоватым пламенем начертанный ещё при строительстве башни сложный рисунок. Магистр воздуха, такой же педантичный, как всегда, начал мысленно проверять каждую линию и каждый узел классического погодного круга, которому предстояло стать основой для его магии.

— Великий юго-западный портал Лаэссэ, известный также как врата Шеноэ, является единственным морским предельным порталом вечного города. Он соединяет море Лаэ и Безымянный океан, однако сезонные колебания в двух областях находятся в противофазе, — напряжённым, срывающимся голосом начал рассказывать Риок ди Шан. — Это означает, что, когда в Океании разгар тёплого сезона, у нас стоят холода, и наоборот. Разница в температурах усугубляется тем, что Лаэссэ находится в умеренной климатической зоне, а область Океании, куда ведёт портал, — в тропической, и…

— Благодарю, Риок, достаточно, — оборвал ученика Тэйон.

Что ж, этот позаботился выучить хоть что-то. Магистр Алория окинул мысленным взглядом сияющий узор и не нашёл в нём изъянов. Карта клубилась кучевыми облаками, и потоки воздуха над ней складывались в причудливые плетения, разлетаясь сквозь открытые двери на все восемь сторон света. Маг простёр руку над яркой точкой, пульсирующей на мысе Шеноэ. Коротким словом активировал связь между находящимся у самой границы предела магическим источником и огоньком, обозначавшим его на пропитанной структурной магией карте. Расслабился, потянулся к дикой энергии магического ключа…

Куда проще было бы полностью отдаться бушующему потоку, погрузиться в него, позволить стихии нести себя на крыльях силы. Наслаждение, которое дарило слияние с чистой магией, не могло сравниться ни с каким другим чувством, ни с одним переживанием. Власть, свобода, всё могущество, острая, на грани боли, радость… Ни один наркотик не опьянял так сильно, как этот.

Не без лёгкого сожаления Тэйон отказался войти в струящийся поток, а, напротив, своей волей заставил тонкий ручеёк отделиться от бьющего ключом магического источника.