"Он подал прошение королю Симеону об организации игр," — сказал Оддерд. "Иссандриан, Клин и Маас и полдюжины других. Они собирают деньги. Расчищают стадион. Нанимают бойцов и наездников. Лучников из Боржана. Очень искусных. Это должно быть празднование в честь принца Астера."

"Это боевая мощь в стенах Кэмнипола," — сказал Дескеллин.

"Это блеф, который может разгадать даже ребенок," — сказал Доусон. "Если дойдет до мятежа, Иссандриан проиграет. У него нет ни денег, ни людей, чтобы вступать в войну."

"А," — произнес банкир.

Доусон поднял подбородок, словно лесной зверь, почуявший дым. Кэнл Дескеллин достал стопку сложенных листов и протянул их Доусону. Бумага была дешевая, почерк простым и неукрашенным. Вероятно копии некой более благородной переписки. Доусон прищурился. Из-за тусклого света слова плыли у него перед глазами, но с небольшими усилиями он смог увидеть их достаточно четко. С наилучшими пожеланиями тебе и твоей семье, и так далее. Наша общая двоюродная бабушка, Екарина Секиаллин, баронесса благородных земель Сиринаи…

"Сиринаи," — сказал Доусон. "Это в Астерилхолде."

"У нашего друга Фелдина Мааса есть семья при дворе," — сказал Оддерд. "Одним из способов примирения после Астерсанского договора была мода на взаимовыгодные браки. Теперь сменилось уже три поколения, но узы все еще существуют. Маас рассылает письма дюжинам своих кузин, это только те, о которых мы знаем. Возможно, есть и другие, которые мы не смогли перехватить."

"Они сошли с ума," — сказал Доусон. "Если полагают, что могут втянуть Астерилхолд в борьбу против короля Симеона."

"Дело не в этом," — ответил банкир. Его голос был холодным и сухим, как чистый лист бумаги, и Доусон инстинктивно почувствовал неприязнь. "Маас уже давно рассказывает о заговоре закостенелых стариков при дворе, которые давят на короля Симеона. Он говорит о людях, которые желают объединиться с врагами Антеи ради своих собственных политических целей."

"Какие глупости."

"Он предлагает," — продолжил банкир, — "что Максия может быть приглашена для защиты Ванаи кем-то, кто противостоит Алану Климу, и он нашел для этого благовидный предлог. Перед лицом тех, кто ищет помощи у других государств в попытках захватить трон, у Мааса нет другого выхода, кроме как просить о помощи Астерилхолд для защиты чести и законного правления короля Симеона, а также для сохранения жизни и здоровья принца Астера."

"Но мы те, кто защищает Симеона!" — закричал Доусон.

"Как вам будет угодно," — ответил первокровный.

Кэнл Дескеллин наклонился вперед. Его глаза сияли.

"Игра начинается, Доусон. Если Иссандриан и остальные заговорщики заручились поддержкой Астерилхолда и приведут вооруженную армию в Кэмнипол — а, ей-богу, я думаю они так и сделают — то они придут не за Симеоном. Они нацелились на нас."

"Однажды они уже пытались убить тебя," — сказал Оддерд. "У этих людей нет чувства меры или чести. Мы не можем позволить себе обращаться с ними, как с джентльменами. Мы должны ударить первыми."

Доусон поднял руки, призывая к тишине. Злость и недоверие наполняли его голову, как рой гудящих пчел. Он указал на банкира.

"А какой интерес во всем этом у Северного побережья?" — спросил он. "Я имею в виду, почему вы здесь?" Дескеллин нахмурился от тона его голоса, но банкир, кажется, ничуть не обиделся.

"Я не могу сказать. Лорд Дескеллин Особый посол в Северное побережье. Я уверен, что он лучше меня сможет озвучить наиболее важные моменты."

"Но ваш банк в Карсе," — сказал Доусон. Это звучало, как обвинение.

"Основная компания, и одно отделение," — сказал банкир. "Все остальные отделения работают независимо друг от друга."

"Что это значит?" — сказал Доусон.

"Мы не являемся компанией, рассчитанной исключительно на интересы Северного побережья," — сказал банкир. "Мы находимся в близких отношениях с людьми во многих дворах — даже в Антеи, теперь когда Ванаи под вашей защитой — и мы крайне заинтересованы в мире среди северных королевств. К несчастью, у нас очень суровая политика в вопросах предоставления займов в подобных ситуациях…"

"Я бы не взял ваши деньги, даже если вы оставили бы их в носке на моем пороге."

"Каллиам!" — сказал Кэнл Дескеллин, но банкир продолжил, как ни в чем не бывало.

"…но в условиях мира и стабильности, мы были бы рады выступить в качестве посредников, если бы в том была необходимость. Как незаинтересованная третья сторона, мы могли бы вести переговоры с людьми, с которыми вам, благородным джентльменам, было бы затруднительно общаться."

"Нам не нужна ваша помощь."

"Я понимаю," — сказал банкир.