— Значит, вашего избранника зовут Александр?

— Да.

— А как вас зовут?

— Люся. Людмила Герасимовна Пономарева.

— Понимаете, Людмила, пока еще действительно нет никакого повода для беспокойства. Может, ваш возлюбленный решил организовать что-нибудь вроде мальчишника, да как-то позабыл вас предупредить об этом.

Люся отрицательно покачала головой:

— Это не похоже на Сашу. Он всегда был очень пунктуальным человеком и старался планировать свое время даже на неделю вперед. Всегда предупреждал меня о своих планах. А тут… Выскочил и не вернулся.

— Не помните, в каком тоне проходил тот его разговор по телефону?

Людмила поставила на стол сумочку из черной лайковой кожи и принялась беспокойно перебирать пальцами ремешок. Погрузившись в собственные мысли, она не отдавала отчет своим действиям.

— Мне показалось, что его тон был самым доброжелательным. Он говорил без всякого напряжения, даже шутил, смеялся… Мне показалось, что звонил кто-то из его старых знакомых.

— А что, это дело, по которому он так спешно уехал, не могло подождать до утра? — удивился Анисимов.

Ее руки дрогнули.

— Знаете, я спросила у Саши о том же самом. Но он сказал, что дело очень срочное, так как ему подвезли крупную сумму денег… И вот получается, что нет денег, а вместе с ними и самого Саши.

Острые зубки впились в нижнюю губу. Ресницы беспомощно захлопали. Казалось, что еще какой-то миг, и она разревется. Но нет, удержалась. Дважды глубоко вздохнув, она стала прежней — сдержанной, с отпечатком нешуточной заботы на привлекательном лице.

— Значит, вы подозреваете, что его исчезновение как-то связано с деньгами? — спросил Анисимов.

— Честно говоря, сначала я так не думала. Просто дожидалась, когда он вернется. Но Саша все не появлялся, и я стала даже злиться на него. Думала, вот сейчас он придет, так я ему все выскажу. Пусть узнает и впредь не будет заставлять меня так волноваться. А когда ожидание затянулось, я стала думать, что готова все ему простить, только бы он пришел. Но время шло, а его все не было и не было. Я не спала всю ночь, а он так и не появился.

— У него были какие-нибудь враги или недоброжелатели?

Девушка отрицательно покачала головой.

— У него не было никаких врагов. Он светлый человек, обаятельный, нравится всем без исключения. — Немного помолчав, она продолжила: — Знаете, я ведь долгое время была одна. Что такое одиночество — я прекрасно знаю… И вот, когда в моей жизни появился Александр, я по-настоящему почувствовала, что такое быть счастливой. А сейчас, когда его нет, я страдаю, я стала самой несчастной женщиной на свете. Помогите мне найти Александра, — взмолилась Людмила. — Я даже не знаю, жив ли он…

— Понятно.

— Хуже всего для меня эта проклятая неопределенность. — Контур губной помады был размазан, и на верхней губе Людмилы остался какой-то неряшливый светло-розовый след. — Вы считаете, что, возможно, он ушел к другой женщине?

— Кхм, кхм… Как вам сказать…

— Как есть.

— Дело в том, что аналогичные случаи в моей практике случались не раз.

Помолчав, девушка покачала головой.

— Хорошо, пусть будет так. Пройдет время, я его забуду, — не очень уверенно сказала Людмила. — Главное, чтобы он был жив.

— Вам не стоит так переживать. Мы ведь пока ничего не знаем. — Игорь попытался успокоить женщину, хотя понимал, что в его интонациях не хватало должной уверенности. Опыт подсказывал ему, что там, где замешаны крупные суммы денег, чаще всего следует готовиться к наихудшему варианту. — Как вы думаете, а к кому он мог пойти? Есть ли у него какие-нибудь близкие друзья, с которыми он вел свои дела?

Сумочка все-таки открылась, и на стол вместе с помадой и косметичкой выкатилось крохотное зеркальце. Следовало бы посоветовать девушке посмотреться в него, чтобы подправить помаду, но Анисимов раздумал — не хотелось ставить ее в еще более неловкое положение.

Аккуратно собрав выпавшие вещи, Людмила заговорила вновь.

— У него есть очень близкий друг. Они росли в одном дворе. Может, Александра стоит искать у него? — Она с надеждой посмотрела на Игоря. — Он должен был позвонить нам на следующий день, я очень надеялась узнать от него хоть что-то об Александре, но он так и не позвонил.

— А сами вы ему звонили?

— Несколько раз. Но никто не брал трубку.

— Не могли бы вы назвать его адрес?

— Новомосковская, пять, — отвечала женщина.