— Я тоже очень счастлива, — сказала Дейзи. — Просто ты так празднично одет, а у меня к такому случаю ничего не приготовлено.

— Я уверен, что-нибудь точно есть, просто поищи получше в своем шкафу. — Он нагнулся, чтобы поцеловать ее. — Помни, что ты — самая красивая женщина в Гааге и Амстердаме.

Он подшучивал над ней, и Дейзи это нравилось. Настроение у него было просто отличное.

— Ты сказал, что у тебя что-то есть для меня?

— Я же тебе уже сказал, поищи в шкафу... В целлофановой упаковке на молнии.

Дейзи достала из шкафа большую сумку. В таких упаковках обычно продавались наряды от ведущих кутюрье мира.

— Что это?

— А ты как думаешь?

— Свадебный наряд?

— Умница! Ты всегда была догадливой девочкой.

Она положила заветный пакет на кровать, дрожащими руками расстегнула молнию и достала платье. Оно было белого цвета, украшенное несчетным количеством маленьких жемчужин. Такого красивого одеяния она еще никогда не видела.

— Тебе очень идет белое! — нежно произнес Йост.

И тогда Дейзи расплакалась.

— Никто и никогда не дарил мне платьев с тех самых пор, как я перестала быть маленькой девочкой! — Она не могла остановить слезы и боялась, что испортит свой наряд. — Оно такое... такое потрясающее!

— Я заказал его в парижском салоне во время своей поездки в Амстердам.

— Но я же сказала «да» только вчера!

— Я б не сдался, пока ты не согласишься.

Церемония прошла спокойно. Питер был в восторге. После того, как все закончилось, они отправились на вечеринку. Туда были приглашены только самые близкие друзья, в основном сотрудники «Ван Бюренн флора». Пришла и старая знакомая Йоста — Катлин Хюстерье, которая пыталась напоить их в Лоуварене приворотным зельем.

Гостям было предложено лучшее шампанское и самые изысканные блюда. Приглашенные произносили тосты в честь молодоженов, и с каждым разом тост становился все длиннее и длиннее. Дейзи видела почти всех впервые, и Йост волновался, что ей неуютно среди незнакомой публики. Но его жена, напротив, чувствовала себя на вечеринке как рыба в воде, и он не переставал поражаться ее общительности и обаятельной манере поведения.

На какое-то мгновение Йост представил, что могла натворить его идиотская гордыня. Она чуть не лишила его любимой Дейзи и сына. Как вовремя он опомнился и теперь был счастлив!

Жена подошла к нему и нежно взяла за руку.

— Жалеешь? — шутливо поинтересовался он.

— Нисколько, — ответила она и привстала на цыпочки, чтобы поцеловать его.

10

Решили, что Питер отправится домой в Остерлоо, Вильгельмина присмотрит за ним там, а Йост и Дейзи останутся в городе и проведут свою первую брачную ночь в «Эксельсиоре».

Йост не мог дождаться того момента, когда они останутся наедине, скинут с себя всю одежду и он отнесет ее на руках на белоснежную постель.

Они занимались любовью еще более страстно, чем в их самую первую брачную ночь восемь лет назад. Наслаждались друг другом, упивались... Вдруг раздался стук в дверь.

— Персонал гостиницы? — предположил Йост.

Дейзи вопросительно посмотрела на него:

— Разве ты не вывесил на двери табличку «Не беспокоить»?

— Конечно, вывесил. — Он выглядел озадаченно. — У нас все в порядке, нам ничего не надо! — крикнул он, чтобы было слышно за дверью.

Послышался шорох, и в щель под дверью просунули письмо.

— Невероятно! Они не понимают, что им сказали?

— Не беспокойся. Я сейчас схожу и посмотрю в чем дело. — Дейзи отправилась за конвертом, на ней было надето лишь обручальное кольцо. — Это тебе, — сказала она, протягивая ему письмо.

Вручив конверт мужу, она села рядом с ним. Ее пышные черные локоны в беспорядке рассыпались по нежным плечам, и Йоста это интересовало гораздо больше, чем какая-то там корреспонденция. И, отбросив конверт в сторону, он одной рукой обнял ее, а другую запустил в прекрасные волосы.

Они опять унеслись в свой ни с чем не сравнимый мир любовных утех. Мир удовольствий и наслаждения. И любили друг друга то страстно и горячо, то неспешно, продлевая сладкие моменты блаженства. Потом немного отдыхали и начинали заново...

Даже потом, когда Дейзи пошла принять душ, она, стоя под струями теплой воды, все еще ощущала последствия умелых ласк Йоста. Ноги еле держали ее, а по телу время от времени пробегала сладкая дрожь. Это был их медовый месяц, и они могли позволить себе все, что угодно.