Стоило мне сделать в их сторону пару шагов, как меня заметили.

— Курт?

Я кивнул головой.

— Курт! Где мы?

Ко мне нерешительно подошел Мирс. После смерти души умерших начинают частично забывать последние мгновения жизни. Потом память теряется все быстрее и быстрее.

— Мы за Гранью Мира. Мы стоим у устья одного из притоков Стикса. — Я оглянулся на деревянную ладью. — Прежде чем ты задашь следующий вопрос, поясню: вы все умерли, и обратной дороги уже нет. Это дорога в один конец. Грузитесь на ладью, скоро отправляемся.

— Значит, мы все умерли… а ты?

— В вашем понимании я и не жил, — Я накинул на голову капюшон и, достав из внутреннего кармана маску, нацепил ее на лицо. — Сегодня я ваш провожатый и плата за проезд сегодня взиматься не будет…

— СМЕРТЬ! — Мирс вздрогнул и отшатнулся в страхе.

От группы душ послышались испуганные вскрики. Повернув голову в их сторону, я повторил уже своимголосом:

— Садитесь в ладью, но не подходите и не касайтесь воды, иначе души проклятых утащат вас в поток Стикса.

— Курт, это точно ты? Или как к вам обращаться?

— Мирс, я тот, кто я есть. Я отправился в мир живых, чтобы посмотреть на вас, как вы живете, интересы, привычки, вкусы, пристрастия, и многое то, чего лишен мой народ. И сегодня мне дали шанс отдать вам последний долг… отплатить вам за то, что вы дали мне за полгода пребывания в мире живых. — В моей правой руке появилась коса во всей своей красе, в клубах тумана и искрах на гранях лезвия, из отточенной челюсти реликтового монстра. — Садись, вам нельзя долго пребывать на берегу. Вы можете потерять право на то, чтобы добраться к Камню Судеб.

Ладья была в свое время вырезана из одного из легендарных кораблей, вошедших в историю этого мира. Именно эта носила имя Гидерам, что на древнем, а точнее, первом языке мира, означает «судьбоносный». Нос ладьи был искусно вырезан в виде морского конька. Дождавшись, когда умершие рассядутся по местам, я встал у штирборта (рулевое весло) и, ткнув древком косы, заставил ладью отчалить.

— Осторожно, мы отплываем! Не пить, не сорить, воду руками не трогать, кто свалится в воду… того помянем на том берегу…

На меня уставились двадцать две пары ошарашенных глаз. Похоже, я не вписывался в их стереотип Смерти. Ну, я и не собирался как-то…

— Обратите внимание, слева на берегу стонут и кричат забытые души. Если бы вы задержались еще немного — то могли бы к ним присоединиться…

— Ты прям экскурсовод по достопримечательностям Империи! — Усмехнулся оклемавшийся Мирс.

Хмыкнув, я сверкнул взглядом, ибо маска не передает иных эмоций (Ну, разве что челюстью пощелкать).

— Почему бы и нет… — Мой голос был полон веселья, — Устроим вам прощальную экскурсию по Дороге Мертвых, когда еще вам удастся подбить Смерть на экскурсию. Посмотрите направо…

На правом берегу вдоль гранитных стен брели в обрывках одежды менее сохранившиеся призраки. Души тех, кто, спасаясь, бросил друзей, родных и вообще тех, кого мог бы спасти… Такие идут сами, испытывая то, на что обрекли других, спасая свою никчемную, в большинстве случаев, жизнь.

— …вы видите души, идущие по пути к следующему испытанию. Они бросили других в беде, спасая свою шкуру и теперь обречены на вечные скитания… Правда, некоторые все-таки доходят. Некоторые… Посмотрите в воду, — Длинноволосая светлая эльфийка выглянула за борт и едва не была схвачена за длинную косу вытянувшейся из реки руки. — Посмотрите, а не высовывайтесь! Вдоль течения реки Стикс проплывают души тех, кто по неосторожности (а кто и намеренно) нарушал заповеди, созданные вами самими, ну и те, кто, как данная представительница вымирающего племени, упали в воду, или были утащены… Кстати, осторожно! Сзади!

Коса рассекла руку ухватившейся за край борта ладьи призрачную руку.

— Будьте внимательны, река полна тех, кто захочет занять ваше место для проезда, выбросив вас за борт. Это одно из испытаний… плывем дальше!

За поворотом скалы река расширялась, и течение становилось сильнее. Вскоре стали появляться первые островки, и с каждой милей их становилось больше и больше.

— Обратите внимание, это так называемые «островки отчаянья». Это души забытые. Не оставленные, а именно забытые.

— Как те, на берегу?

— Нет, леди, — Я покачал головой, отвечая незнакомой старшекурснице. — Эти души забыли себя сами. Те, кто решил, что они никому не нужны и их удел — одиночество. Любители играть на публику, привлекая к себе внимание, и упиваясь моментами, когда оказываются в центре внимания. А также те, кто считает себя выше других, хотя ничего не сделал для этого. Ах, да… еще высаженные из перевозимой ладьи вредные и любопытные особы… ахахахаха! — Мой смех заставил все души в лодке вздрогнуть и вжать голову в плечи. — Шутка.