Иноширо посмотрел на него с любопытством. "Ты бы смог сделать это? Я чувствую, что уже отличаюсь от версии в Кониши. Я хочу жить. И может быть, кто-нибудь придет забрать нас отсюда через пару столетий".

Ятима подумал. "Я хочу жить, но не в одиночку. Не без одного человека, чтобы хотя бы поговорить".

Иноширо помолчал, а затем поднял свою правую руку. Их полимерные кожные покровы были усеяны ИК-трансиверами по всему телу, но наибольшая плотность датчиков была на ладонях. Ятима получил гештальт-тег, запрос для получения данных. Иноширо запрашивал его снапшот — снимок разума Ятимы.

Доверить версию себя другому гражданину было немыслимо в Кониши. Но Ятима протянул свою ладонь к ладони Иноширо, и они обменялись снапшотами.

Они пересекли границу анклава Атланта. Иноширо сказал: " Связываемся каждый час?"

"Окей"

Интерфейс программы был не так уж плох при ходьбе. Он удерживал прямо и нес неуклонно вперед, отвечал за выявление препятствий и изменений в местности с помощью тактильных чувств и вестибулярного аппарата, и все, что окружало фактически не двигая головой и глазами. После нескольких полетов камнем, Ятима начал поглядывать время от времени, по сторонам, как настоящий флешер.

В джунглях было довольно много мелких птиц и змей, но остальная часть животного мира, пряталась или бежала от них. По сравнению с пространством джунглей в Кониши это был достаточно выхолощенный опыт, да и добавлялись ощущения от взаимодействия с реальной грязью и растительностью.

Ятима услышал как что-то скользнуло по земле перед ним и задел ногами небольшой кусок изъеденного коррозией металла валявшегося под кустом. Он пошел дальше, но Иноширо остановился, чтобы рассмотреть кусок, а затем закричал в испуге.

"Что?"

"Репликатор!"

Ятима вернулся и посмотрел, присев на корточки "Это просто пустая канистра". Предмет был практически раздавлен, но на его поверхности была все еще краска, местами цепляющаяся за металл, цвета были выцветшими, кроме едва различимого серого. Ятима мог разглядеть часть узкой, продольной полосы переменной ширины, немного более бледной чем фон; которая выглядела для него как подобие двумерного представления искривленной ленты. Была также часть круга — хотя, если это был знак предупреждающий о биологической опасности, он не был достаточно опознаваем из-за плохой различимости.

Иноширо заговорил тихим отвратителным голосом. "Перед Исходом в полисы, случилась пандемия. Крах экономик целых народов. Пандемия охватила все: сексуальность, трайбализм, многие формы искусства и субкультур… она паразитировала на флешерах так повсеместно что для ее изгнания понадобился кто-то вроде пустынного старца."

Ятима посчитал эту патетику сомнительной, но доступа к библиотеке не было, а его знаний о той эпохе было недостаточно. "Даже если там что-то осталось… я уверен, что оно уже давно выветрилось. И вряд ли может заразить нас"

Инорширо прервал его нетерпеливо. "Я не говорю про вирусы, все равно это опасно". Он наклонился ниже, и сложил руки над контейнером. "И кто знает, сколько дряни нужно для заражения? Я не буду рисковать". Инфракрасные трансиверы глейснеров могли генерировать гигантскую мощность. Дым и пар хлынул сквозь пальцы Иноширо.

И тут раздался голос из-за их спин — бессмысленный поток фонем, но интерфейс мгновенно перевел их на линейный язык: "Не надо слов: ты развел огонь, чтобы привлечь внимание. Вы не хотите подкрасться к нам без предупреждения".

Они оба повернулись так быстро, как только смогли их тела. Флешер стоял на растоянии десятка метров, одетый в темно-зеленый халат, расшитый золотом. Эфирного вещания с подписью тегов, конечно, не было, но Ятима все же должен был сделать сознательное усилие, чтобы отказаться от инстинктивного вывода, что это был не настоящий человек. У него были черные волосы и глаза, медно-коричневая кожа, и густые черные волосы, Ятима, где-то слышал, что это у флешеров почти наверняка означает, что он — мужчина. Нет никаких заметных изменений: ни крыльев, ни жабр, ни фотосинтезирующего покрытия. Ятима поостерегся делать поспешные выводы: поверхностый осмотр пока еще не доказывал, что это был статик.

Флешер сказал: "Я не думаю, что предложил бы пожать вам руки". Ладони Иноширо по прежнему светились тускло красным. "И мы не можем обмениваться цифровыми подписями. Я в растерянности, ритуал не работает. Но это хорошо. Ритуал развращает. " Флешер сделал несколько шагов вперед, подлесок перед ним почтительно расступался. "Я Орландо Венетти. Добро пожаловать в Атланту".

Они представились. Предварительно загруженная программа переводчик проявила достаточную гибкость, и определила язык флешера как диалект современного итальянского. Ятима ясно почувствовал как растягивается процесс распознавания, но символы все еще были соединены друг с другом так же, как и раньше, все было прежнему.