Система HD 44594, планета Находка,

10 сентября 2537 года, раннее утро

Обратный путь преодолели за два с небольшим часа — Коля выжал из движков глайдера все возможное, тем более что энергоресурс экономить не было нужды. К месту падения нашего катера возвращаться не стали: Линдеманн после краткого физического воздействия по секрету сообщил нам, что там находится третий экипаж безопасников — осматривают место происшествия и оформляют труп. Пленника мы по здравом размышлении накрепко примотали к креслу ремонтным скотчем — хорошая вещь, если приходится в шлангах дырки заделывать. Гидравлики в нашей технике довольно много, вот и позаботились знающие люди. Линдеманн поначалу матерно ругался и грозил страшными карами, но я ему напомнил о договоре — то есть просто в очередной раз угостил затрещиной. А что, все равно уже терять нечего… Правда, оставалась еще одна маленькая проблемка.

— Коль, что с безопасниками?

— Тащатся следом, как привязанные, — сплюнул Иванов. — Нервируют они меня. По-хорошему, избавиться от них надо.

— Сейчас что-нибудь придумаем, — обнадежил я коллегу и переключился на пленника: — Господин Линдеманн, придется вам приказать своим людям от нас отстать.

— С чего бы это? — злобно зыркнул «особист» начавшим заплывать глазом. — Лично мне они не мешают.

— Не хотите, значит, помочь похитителям? А как же стокгольмский синдром? Неужели вы к нам не испытываете и капли симпатии? Вы явный извращенец, Карл! Если вы избавите нас от хвоста, я обещаю не рукоприкладствовать до самой базы. Идет?

— Только не думай, что я тебя испугался! — прорычал Линдеманн. — У них есть дела поважнее, а они про них забыли. Давайте связь.

— Да ладно, Карл, не оправдывайтесь! — ухмыльнулся я. — Мы никому не расскажем. Коля?

Понятливый капитан и без моей подсказки уже вызывал преследователей, так что почти сразу включил громкую связь на общем канале. До нас тут же донесся обеспокоенный голос одного из безопасников:

— Борт двадцать семь на связи. Что вы хотите?

— Ковальски, слушай сюда! — рявкнул Линдеманн. — Прекращай преследование, со мной все в порядке. Возвращайтесь на объект, работайте по плану.

Ковальски, сука! Жив все-таки. Жаль, не попался ты мне на прицел в терминале.

— Господин Линдеманн!.. — сделал Ковальски слабую попытку протестовать.

— Это приказ! Я постараюсь вернуться при первой возможности. Не теряйте времени! Конец связи!

Работайте по плану, мля! Да чтоб вы там на растаманов-переростков нарвались или на кислотных тварей. Знаю я вашу работу по плану, пока всю базу по кирпичику не разберете, не успокоитесь. С них станется, могут попробовать подкоп сделать или долбанут из чего-нибудь тяжелого по силовому куполу — чисто чтобы проверить.

«Информация принята к сведению. Система контроля примет меры».

Твою мать! Какие, на фиг, меры?! Мне уже ни о чем подумать нельзя? Одно дело абстрактно желать кому-то неприятностей, и другое — знать, что оные неприятности теперь гарантированы. Жутковатое ощущение.

— Доволен?! — чуть ли не выплюнул Линдеманн, переключившись на меня. — Радуйся, пока можешь. Или поделишься со мной информацией? Добровольно.

— Не понимаю я вас, Карл, — отозвался я, проникновенно глядя ему в глаза. — Вроде же вы в плену у нас, а никак не наоборот. А всем своим видом показываете, что именно вы хозяин положения. Я чего-то не знаю?

Однако собеседник до ответа не снизошел, презрительно скривился и принялся демонстративно изучать потолок. Ну и хрен с тобой, не очень-то и хотелось. Мне бы сейчас дух перевести, вздремнуть часок. Чую, сил много понадобится, а я далеко не в лучшей форме. И не я один — Галя от пережитого стресса замкнулась в себе и сидела молча. Ее тоже можно было понять — она-то уже думала, что все, конец приключениям, а тут на тебе! От собственных, можно сказать, коллег такой свиньи она никак не ожидала. Посему трогать я ее не стал — как бы хуже не сделать своим сочувствием. Поступил умнее — подослал Петровича. Тот задачу понял и взялся за ее выполнение с завидным рвением: с ходу запрыгнул Гале на колени, врубил на полную мощность урчальник и принялся ластиться. Девушка ожила и наградила рыжего проныру ласковым поглаживанием. Я мысленно похвалил напарника, результат, как говорится, налицо — никаких признаков истерики. Наказав питомцу продолжать в том же духе, занялся делами насущными.

К таковым в первую очередь относилось выяснение обстановки на базе. Сначала я как можно подробнее расспросил Леху с Николаем. С их слов выходило, что, когда они покинули «Да Винчи», там уже полным ходом шла эвакуация. Впрочем, ничего нового — эвакуация давно началась, еще до нападения местной живности. Однако сейчас процесс вышел на новый уровень — взлетало все, что могло передвигаться в безвоздушном пространстве, с орбитального модуля один за другим прибывали челноки, чтобы буквально через двадцать минут снова вознестись в приветливые небеса Находки. Скорее всего, к нашему возвращению на планете останется хорошо если несколько десятков наиболее подготовленных Охотников. Из руководства пока внизу сидел майор Исаев, Яковлев вроде бы уже эвакуировался — ему предстояло принять командование экспедицией на орбитальном модуле.

Про безопасников парни сообщить ничего не смогли, но что-то мне подсказывало, что они не торопились покинуть планету. Скорее, наоборот, избавились от кучи лишних свидетелей. Вон Линдеманн какой довольный! Его даже факт пребывания в заложниках не особо расстраивает, относится к нему философски. Если и есть у него сожаление, то лишь о потерянном времени. И это мне очень не нравится. Наверняка какой-то козырь есть в рукаве.

— Коль, свяжись с Исаевым.

Майор не отвечал довольно долго, только с третьей попытки удалось наладить контакт.