— Дашенька, ну сколько мне еще спать в холле на диванчике?

— Меня это не волнует. Ты так меня опозорил перед врачами! Что обо мне теперь люди подумают?

— А чего подумают? Ничего не подумают. Обычное дело. Очередной олигарх так любит свою жену, что даже генерала ФСБ ради нее построил…

— Да мне теперь в глаза Яну Карловичу смотреть стыдно! — высунулась из спальни Дашка. Да так стремительно высунулась, что Валентин, общавшийся с ней через замочную скважину, кубарем покатился по полу.

— Нашла чего стыдиться, — поднялся он с пола, ощупывая пострадавший лоб. — Ну вот, теперь шишка будет. Гордиться должна, что муж у тебя такой заботливый. Горы ради своей золотой готов свернуть. Все встречные-поперечные теперь тебе за километр кланяться будут. Попробуй уважение не прояви — вмиг под фээсбэшный каток угодишь.

— Еще раз сунешься сюда… — Разгневанная Дашка была бы просто обворожительна в своем полупрозрачном пеньюаре, если бы не пистолет в руке, ствол которого смотрел в лоб благоверного.

— Ух ты! Откуда у тебя коллекционный маузер? Это же шестой век до нашей эры!

— С ума сошел? — Дашка невольно перевела взгляд на пистолет и даже поднесла его к глазам поближе.

— Ой, ошибся, — пистолет перекочевал в руку Валентина, — это твое табельное. А чегой-то оно на предохранителе и не заряжено?

Парень отшвырнул пистолет в сторону, подхватил на руки подругу и потащил ее к постели. Дверь в спальню за ним захлопнулась, но секунд через десять распахнулась снова.

— Спать будешь на коврике! — прошипела Дашка вслед кувыркающемуся по полу мужу, в очередной раз захлопнула дверь и заперла ее изнутри.

— Не очень-то и хотелось, — пробурчал Валентин. Поднялся, подтянул трусы и зашлепал босыми ногами в сторону кухни заливать горе пивом.

В принципе ему сегодня было не до плотских утех. Очередную попытку проникновения в спальню он затеял лишь для того, чтобы не разочаровать супругу, ну и чисто из спортивного интереса: как долго эта цитадель продержится?

Не успел Валентин достать из холодильника бутылку, как заверещал мобильник. Тихон Семенович словно ждал, когда его грозный шеф прекратит попытки прорваться в спальню жены, и тут же набрал номер.

— Валентин Сергеевич, тут это… как бы вам сказать…

— Не мямли. Артефакт зарядили?

— На две трети, а концерт уже кончается.

— Провалиться!

— Я чего звоню-то, можно нам подзарядиться возле стадиона? Вот где настоящие страсти кипят!

— С какого бодуна? — опешил юноша.

— Так рокеры из разных городов подъехали. На концерт рвутся, а менты их не пускают. В ход уже дубинки пошли. Фанаты магазины громят.

— Бегом туда! Но смотрите, чтоб вас там не затоптали.

— Ага.

В трубке раздались короткие гудки. Валентин отключил телефон и активировал связь через капсулу радионаушника в своем ухе. Пришла пора потолковать со Стасом. На этом этапе операции не нужно, чтоб свои же путались под ногами. Однако связаться с ним не успел, так как его мобильник зазвонил снова.

— Валентин, успех сногсшибательный, — послышался из трубки не очень трезвый голос мэра. — На такой волне еще как минимум концерта три протянем. И это только в Рамодановске! Снимаю шляпу…

— Ни разу тебя в ней не видел, — рассмеялся юноша.

— Даже в войлочной? — удивился мэр. — А, ну да… в парной мы с тобой на брудершафт еще не пили. Это поправимо, подгребай. У меня как раз банька раскочегарена.

— Еще скажи: с женой подгребай.

— Думаешь, Дарья Николаевна согласится? — задумался мэр.

— У-у-у… Павлыч, да ты уже на бровях.

— Имею право.

— Имеешь. Но Дашка с нами в парную не пойдет.

— Жаль. Тогда тащи ее завтра ко мне на сабантуй.

— Какой сабантуй? По какому поводу?

— По поводу удачного старта культурной программы. А сабантуй чисто домашний. Будут только свои. Я, губернатор со своим семейством… Валерий Васильевич, кстати, очень с тобой познакомиться хочет… ну и еще десятка два семейных пар.

Валентин мысленно чертыхнулся. Раз губернатор им заинтересовался, придется идти. Хотя они и жили в одном поселке, но пути их пока не пересекались. Такими приглашениями манкировать нельзя, но как же это все некстати!