Офицер осмотрел гараж. Трава красноречиво доказывала, что ворота не открывались.

– Я тоже это заметил, – уловил взгляд офицера сержант. – Сдаётся мне, что они никакие не звездочёты, а обыкновенные черти. Иначе, как бы они туда попали?

Офицер внимательно посмотрел на сержанта.

– Да вы сами посмотрите!

Офицер сделал знак полковому врачу. К сержанту подошли два верзилы из комендантской роты и скрутили ему за спиной руки. Военные сели в машину, которая повезла их почему-то не в расположение части, а в гарнизонный госпиталь. По всей вероятности, школа прапорщиков и на этот раз ускользнула от сержанта.

Прождав достаточно долго, Ричард и Джон поняли, что никто ворота им не откроет.

– Надо проверить другой выход, – предложил Джон.

Друзья вернулись в комнатку, откуда начали своё путешествие и вошли в коридор, который не был помечен крестом. Этот тоннель оказался гораздо длиннее первого. Дойдя до конца, путешественники поняли, что попали в тупик.

– Всё, дальше пути нет, – сказал Джон.

– Это ложный тоннель, – согласился Ричард. – Так делали в египетских пирамидах.

Неожиданно на голову Ричарда что-то капнуло. Он поднял глаза и увидел ещё один маленький туннель, который уходил вверх.

– Смотри, это ещё не конец.

Джон посмотрел вверх и увидел металлические ступеньки, сделанные из металлических скоб.

– Полезем? – спросил он Ричарда.

– Мы для этого сюда и пришли, – согласился тот.

Друзья поднялись по лестнице и упёрлись в металлическую крышку.

– Это дверь, – предположил Джон.

Он попробовал надавить на неё плечом. Та со скрипом дёрнулась, и в тоннель пробился луч солнечного света.

– Нашли, – облегчённо вздохнул Ричард.

Через пару минут путешественники уже стояли внутри безлюдного двора и с осторожностью осматривали непонятные строения. Десятки окон как глаза неведомого чудовища смотрели на пришельцев. Из глубины строения доносились музыка и пение.

– Вот это голоса! – удивился Ричард, – судя по хору, там человек сто должно поместиться.

– Ты про оркестр забыл.

– Да, ещё и оркестр.

Окно закрылось, и музыка стихла. Из дверей вышла молодая женщина в обтягивающих фигуру джинсах. Она несла ведро, из которого пахло чем-то очень вкусным. Приятели решили спрятаться, от греха подальше, за непонятной конструкцией на колёсах, очень отдалённо напоминающей карету.

– Интересно, а куда здесь лошадей впрягают? – спросил Джон, – оглоблей-то нет!

Ричард ничего не ответил. Он смотрел на женщину и не мог отвести от неё глаз.

– Почти голая, – прошептал он приятелю. – В одних панталонах.

Джон посмотрел на женщину и остолбенел.

– Если её поймают в таком виде, то непременно сожгут.

Между тем, дама дошла до помойного бачка, вывалила из ведра помои и вернулась домой.

– Она что-то там спрятала! – сказал Джон, – пойдём, проверим!

Приятели осторожно вышли из укрытия и подошли к помойке. Открыв крышку, они не поверили своим глазам: в баке среди хлама и мусора лежали продукты, способные украсить любой королевский стол. После тюремной пищи, которая состояла из корки хлеба и кружки воды, увиденное просто сводило с ума.

– Господи, я такого не только не ел, я этого никогда не видел! – воскликнул Джон, – давай попробуем!

– А вдруг это отравлено, – испугался Ричард.

– У тебя нюх что ли не работает? Если что испортилось – не ешь.

К соседнему помойному бачку подбежала кошка, запрыгнула на него и приступила к обеду.

– Это они здесь животных подкармливают, – догадался Ричард.

Кошка, отобедав, вылезла из бачка, спокойно прошлась по двору и скрылась в подвале.

– Я же говорил, что всё свежее, – обрадовался Джон, – кошки никогда плохое есть не станут.

Друзья осторожно попробовали красную рыбку, которая находилась в прозрачном пакете. Вскоре, забыв осторожность, они поглощали диковинные продукты, нахваливая их непонятный и дивный вкус.

– Ты вот это попробуй! – протягивал товарищу Джон недоеденный банан. – Я такого никогда не ел!

Ричард съел банан и, в свою очередь, протянул другу немного подгнивший мандарин.

– Вот это чёрненькое не ешь, – он заботливо отломил несколько заплесневевших долек, – вкуснее и придумать нельзя!

Через пятнадцать минут трапеза была закончена, но не потому, что кончились продукты, а потому, что в желудки больше не помещалось.

– Если они так животных кормят, – рассуждал Ричард, – что же тогда сами едят?