– А это уже от пяти до десяти лет лишения свободы. Принимая во внимание всемирную известность профессора, на пять лет рассчитывать не приходится, – подлил масло в огонь Пётр.

– Какой суд? – не понял главный врач.

– Наш, советский, – пояснил Геннадий.

Дверь кабинета открылась и на пороге появился заместитель главного врача.

– Виктор Николаевич, вы не забыли, что у нас сегодня совещание в главке?

Главный врач так посмотрел на своего заместителя, что тот непроизвольно вытянулся в струнку.

– Кто вам позволил врываться ко мне в кабинет без разрешения?!

– Вы, – робко ответил заместитель.

– Вон отсюда!

Заместитель вышел из кабинета.

– Продолжим, – сказал главный врач. – На чём мы остановились?

– На тюрьме, – ответил Геннадий.

От этих слов руки главного врача затряслись. Только сейчас он понял, в каком положении оказался.

– Но ведь вы сами поставили ему этот диагноз!

– Мы только высказали своё предположение, а решение приняли вы, – тут же парировал Геннадий.

– Кстати, с просьбой о розыске двух душевнобольных вы обратились в милицию, а не мы.

Виктор Николаевич встал из-за стола, подошёл к журнальному столику и попытался налить из графина в стакан воды. Графин плясал в руках главного врача и лил воду куда угодно, только не в стакан.

– Да что вы так разволновались? – спросил Геннадий. – Слава богу, наши подопечные на месте.

Главный врач всё-таки налил в стакан воды и выпил.

– Если они сбежали один раз, – перешёл он на шёпот, – значит, могут сбежать и ещё.

– Поэтому нам надо сделать так, чтобы этого не случилось, – докончил мысль шефа Пётр.

Дверь кабинета снова открылась. На этот раз в неё вошёл завхоз.

– Виктор Николаевич, меня этот пожарник просто достал! – начал он с порога. – Теперь он хочет проверить абсолютно все палаты.

– А вы хотите, чтобы он достал меня?! – закричал главный врач. – Он меня вчера целый день насиловал! Решайте свои проблемы сами!

Завхоз недовольно попятился к выходу.

– Так показывать ему палаты?

– Показывайте, показывайте, он же от вас всё равно не отстанет.

Главный врач с раздражением начал давить на кнопку вызова секретаря. Та тотчас появилась в кабинете.

– Ты почему впускаешь ко мне? Я же говорил, что занят! – набросился на неё главный врач.

На глазах перепуганной девушки тут же показались слёзы.

– Так они меня не спрашивают, – оправдывалась она.

– Нет меня! Запри кабинет на ключ, если они тебя не слушают!

Секретарь ушла, дверь закрылась. Лязг замка несколько успокоил докторов.

– А что будет, если она уйдёт? – усмехнулся Пётр.

– У меня есть генерал, – главный врач вытащил из кармана ключ и показал собеседникам.

– Я предлагаю освободиться от этих больных, – зашептал Геннадий, – раньше, чем они освободятся от нас.

– Вы с ума сошли! – возмутился Виктор Николаевич.

– Неужели вы предпочитаете тюремные нары? – спросил Пётр.

На какое-то время Виктор Николаевич потерял дар речи, однако вскоре он взял себя в руки и спросил:

– Что вы предлагаете?

Пожарный инспектор действительно заставил завхоза показать ему все палаты. Осмотрев абсолютно всё, с чувством выполненного долга инспектор покинул клинику.

После ухода инспектора с облегчением вздохнул не только завхоз.

Профессор вытащил из кармана пижамы ключ и показал Александру.

– Вот он, генерал!

Ольга Ивановна зашла в клинику и направилась к окошку регистратуры. Сёстры, дежурившие в этот день, узнали жену профессора и сразу пригласили её в помещение регистратуры.

– Ольга Ивановна, уважаемая, зачем стоять в очереди? Скажите, что вам надо?

Они усадили Ольгу Ивановну на кожаную банкетку и стали ждать её распоряжений.

– Мне нужна история болезни моего мужа, – сказала Ольга Ивановна.

Сёстры непонимающе переглянулись.

– Что, что вам нужно?

– История болезни моего мужа, – повторила жена профессора.

– Разве Егор Степанович болен? – спросила девушка.

– Егор Степанович здоров, а история болезни у вас есть.

– В таком случае, мы не знаем где она.