– Я не знаю, где его найти.

– Жаль, – грустно сказал я и сделал попытку убрать купюры.

– Этот ваш со змейкой на руке был у нас всего один раз, – поспешно бросил бармен.

Я приостановил движение.

– Если информация поможет мне – деньги опять будут твои.

Бармен воспрянул духом. Украдкой оглянулся:

– Я не знаю, кто вам сказал, что этого мальчика можно найти у нас, – но он точно ошибся. Это не наш человек. То есть он у нас не работает. Нам такие не нужны.

– А что так?

– Что так, – передразнил он; дескать, с таким вообще никто из здравомыслящих не будет работать.

– Ну хорошо. Но он был в вашем кабаке.

– Был один раз. И ему нужна была девочка-мазохистка. Врубаешься? Девочка. Никак не мальчик. А ты на девочку вроде не похож.

– У тебя несколько не те сведения. Он бисексуал. Мне так говорили.

– Да? – бармен задумался, а затем пожал плечами. – Ну и хрен с ним. Пусть он будет кто угодно, я знаю одно – от него лучше держаться подальше.

– Значит, мы с ним споемся, – уверенно заявил я, чем малость напугал своего собеседника. – Ну, давай дальше.

– А что дальше? Он просил девочку-мазохистку. Сам он был противоположность. То есть у него были садистские наклонности.

– Можешь мне не объяснять. Ты ему девочку такую нашел?

– Есть, конечно, у нас такие. Я ведь не знал – кто он. Думал, он нормальный, то есть работает с обычным набором.

– Понятно, по твоим правилам.

– Ну предел же должен быть, – возмутился бармен. – Надо же как-то контролировать себя.

– А он не контролировал?

– Я свел его с девочкой. Они договорились о плате. И затем слиняли. Девчонка явилась в бар через день. В очках, шея перевязана платком. Она меня готова была убить. Сказала, что я кретин и подсылаю к ней маньяков. В общем, он над ней чего только ножичком не вытворял. И, как я понял, она едва живой осталась. Заплатил он ей пятьсот баксов. Но девчонке то боком вышло – около месяца она не могла приступить к работе. Так что я даже охрану оповестил – если этот псих еще раз явится, яйца ему оторвать.

– Трогательно, – оценил я. – Но мне это подходит. Я хочу найти его. А пока не понимаю – как.

– Все, что я могу, – это свести с той девчонкой, с которой он провел свой сеанс. Вполне возможно, она что-то знает о нем.

– Но описать ты его можешь?

– Ха. Могу. Насколько помню. Но эта сучка опишет лучше.

– А если она не захочет со мной говорить?

– Я ее попрошу, – обещал бармен. – Ну, конечно, придется малость заплатить ей. Сам понимаешь. У нас ведь услуги не бесплатные.

– Это я понимаю, – я сунул ему одну стодолларовую купюру. – Вторую получишь, когда сведешь меня с дамочкой. Скоро она будет?

– А мы позвоним, – с охотой отозвался малый, пряча банкноту в нагрудный карман.

– Замечательно, – подбодрил его я. – Звони. И обрисуй-ка мне этого красавца. А заодно что-нибудь налей. С тобой пока поговорил – в горле пересохло.

Бармен понимающе кивнул. Налил мне коньяка, затем обрисовал требуемую мне личность и после этого принялся названивать своей партнерше по незаконному бизнесу.

Она приехала через сорок минут. Этого времени мне хватило, чтобы еще раз все обдумать. И допить коньяк.

Дамочке было под тридцать. Коротенькая юбочка, открывающая крепкие икры, топик, укрывающий солидную грудь, поверх топика была небрежно накинута кофточка. Она процокала каблучками до бара, и ее силиконовые полусферы при движении были готовы выскочить из-под одежды.

Бармен указал мне ее еще издали.

– Минуточку, – бросил он мне, а затем уже красотке. – Отойдем.

Никто на девицу не обращал внимания. По всей видимости, она тут была за свою.

Бармен отвел ее в угол и начал ей что-то втолковывать. Ее намакияженное личико побагровело, едва она сообразила, о чем речь. Но бармен знал свое дело, и через пять минут он вернулся ко мне, оставив дамочку на месте.

– Маня согласилась поговорить, – кивнул он. – За те же деньги. Ну, которые ты мне обещал.

– А не круто ли будет? – попытался я урезонить бармена. – За такие бабки я могу найти бабенку на целую ночь.