Шрифт:
До кладбища мы добрались уже в сумерках. Вокруг было безлюдно и тихо. Водитель высадил нас и с визгом покрышек умчался. Я его понимал…
– И что теперь? – спросил притихший Виталик.
– Пойдем искать твою могилу.
– Не надо, Валя… – охрипшим голосом попросил он.
– Надо…
– За что? Что я тебе сделал? Я же говорю – они тебя сами вычислили, они даже меня не спрашивали ни о чем… Я тебя не сдавал! – затараторил он.
– Кегля, – сказал я устало, – я тебе ничего плохого не сделаю, я просто хочу убедиться, что здесь есть твоя могила, или…
– Или что?
– Или – что ее тут нет. Тогда мне хоть что-то станет понятнее… может быть.
– А откуда ей здесь взяться?
Я промолчал и решительно направился в глубь огороженной территории по тропинке, которую мы с Ольгой выбрали в тот дождливый день…
Поскольку ориентировался на местности я прилично, уже через несколько минут мне стало ясно, что место, где должна была быть могила Кегли, еще не было ничьей могилой: заросший лебедой клочок земли между двух «заселенных» участков в этом году точно не вскапывали…
– Это здесь? – робко спросил Кегля.
– Здесь, – кивнул я.
– И что?
Я взглянул на него: он явно был напуган, и понятно чем – моим поведением. Я представил себя на его месте, и подумал, что уже давно потихоньку вызвал бы «скорую».
– Виталик, – сказал я. – Я понимаю – ты считаешь меня сумасшедшим.
– Нет… – помотал он головой.
– Неважно. Ты встречался со мной на этой неделе?
– Да.
– Тогда я тоже показался тебе странным?
– Да.
– Что я тебе говорил?
Он пожал плечами:
– Ну… Если отбросить твое маниакальное желание меня похоронить, то примерно то же, что и сегодня: про медальон и все такое прочее… Тебя довольно трудно было понять, но ты был очень злой, и… Я подумал, что это из-за… той истории у тебя на работе…
– А поподробнее?
Он задумался, старательно пытаясь вспомнить:
– Ты сказал, что этот медальон поможет тебе решить все проблемы… Еще, что этот медальон – какой-то ключ… И что если я отдам тебе второй медальон, то ты сможешь все уладить, и даже круче…
– Что значит – круче?
– Я не знаю, – пожал он плечами.
– Так ты отдал ему медальон? – невинно поинтересовался я.
– Кому – ему?.. Какой медальон?.. Я же тебе сказал, еще тогда – я ничего не знаю ни про какие медальоны! И в Африке я тоже с тобой не служил, ясно?
Я заметил, что его слегка колотит. Не знаю – то ли так из него выходили наркотики, то ли я его настолько напугал своими «причудами», то ли он просто замерз…
– Ладно, пойдем. – Я обнял Кеглю за плечи, и мы двинулись по тропинке обратно.
Глава четырнадцатая
Проснулся я в объятиях мужчины. Это был пожилой, потрепанный жизнью человек с клочковатой неухоженной бородой. Он обнимал меня за талию – иначе я спал бы уже на полу, поскольку только его могучая рука удерживала меня в подвешенном состоянии на краю узенького диванчика. Судя по мощному храпу и запаху перегара, спал он крепко.
Я попытался вспомнить, как меня угораздило оказаться в таких стесненных обстоятельствах.
Кегля привез меня в коммуналку, где квартировал его приятель, крадучись провел по темному коридору в нужную комнату, оставил наедине с литровой бутылкой виски, а сам ретировался к себе домой под предлогом отсутствия в комнате свободных спальных мест. Меблировка в этом заброшенном жилище действительно была скудной: журнальный столик и узкий продавленный диван такого неопределенного цвета, который можно получить только путем длительного применения различного рода жидкостей, сигарет и прочих художественных средств из арсенала бомжей.
Неподалеку валялась пустая бутылка из-под виски. Всю я, разумеется, осилить не смог бы. Вероятно, к ней основательно приложился и мой заботливый сосед по койке… Я осторожно попытался выскользнуть из-под его мощной руки, и это мне почти удалось, но тут он издал сонный хрип, прижал меня покрепче, чмокнул в щеку и пробормотал что-то нечленораздельное. Затем, с умиротворенной улыбкой на опухшем лице, другой рукой он принялся лапать мою грудь. Нащупал он, видимо, вовсе не то, что ожидал, поскольку перестал улыбаться и открыл глаза.
– Ты кто? – спросил он простуженным басом.
– А ты кто? – задал я встречный вопрос.
– Серега… – представился он. – А что ты тут делаешь?
– Ночую.
– А… Извини.
Он, наконец, оценил ситуацию и торопливо отдернул руку. Я тут же скатился на пол.
Серега с кряхтеньем сел, спустил на пол босые ноги, поросшие седым волосом, почесал бороду и уставился на меня, подозрительно щурясь:
– Надеюсь, у нас ничего не было?
– Я не помню, но думаю – это маловероятно.