— Так ему и надо.

— Слушай дальше, а бывшего его подельника, вообще застрелили насмерть.

— В этого-то за что стреляли?.

— Вот завтра и узнаю.

Когда жена поехала в больницу к Борзому, я остался дома и стал думать, как же это могло так случиться, что следователь убит, а бандит всего лишь ранен.

Но так ничего толком и не придумал. Во всяком случае до тех пор, пока Степанида не возвратилась с работы точно. Но лишь только поведала она мне о результатах своей поездки, меня словно бы осенило свыше.

Сказала же она вот что:

— Милый, похоже я разобралась в истории с Борзым.

— И что там?

— Оказывается, это Горюнов первым начал готовить каку.

— Зачем?

— Думаю, хотел прибрать себе бизнес Борзого.

— И как он действовал, если не секрет?

— Нанял киллером бывшую любовницу последнего.

— А откуда у него такие бабки?

— Он ничего не платил. Просто обещал ей долю в бизнесе.

— И где она теперь?

— Доля?

— Нет киллерша?

— Тоже в морге. Сейчас объясню. Когда она случайно застрелила подельника Борзого, а самого его, всего лишь ранила. Следователь Горюнов боясь того, чтобы киллерша не выдала его в панике, опасаясь возмездия со стороны Борзого, ибо догадывалась о том, что он может подумать на нее, собственноручно убрал ее, перерезав горло ударом носка ботинка в котором было спрятано лезвие.

Именно по результатам экспертизы крови я и установила его причастность к убийству киллерши.

Его же самого, застрелил сын покойного подельника Борзого, после того, как узнал о том, что тот сделал с его отцом.

— И где же сейчас, этот справедливый убийца?

— Подался в бега.

— Так на него же, нет явных улик. Или все же есть?

— Ничего, кроме оговора Борзого.

— Знаешь что, — сказал я, как я уже говорил прежде, словно бы осененный в это мгновение откровением свыше, — да мы можем сами прибрать к лапам бизнес Борзого, и пустить доходы от него не во вред, а скорее уже на благо отечества.

— Говори, коли не шутишь. Ради такого стоящего дела, я согласна, даже подать в отставку.

— Я кажется догадался, где спрятан сверхкомпромат на Борзого.

— Что ты имеешь ввиду?

— Аудио кассету, на которой было записано, то как он дает добро на убийство мера Собака.

— Ты говоришь о той самой, что была похищена из сейфа следователя пока велось дело? В результате чего вся вина пала не на Борзого, а его подельника.

— Да того самого, кого дамочка застрелила вместо первого.

— Ну и где же она может быть?

— Догадайся с трех раз.

— Даже и не думай. Говори лучше, пока я как следует на тебя не обозлилась. Иначе, точно останешься без ужина.

— Ладно уж. Она в центральном городском архиве.

— С чего это, ты так решил?

— Это самое безопасное место.

— А разве они не должны прежде ее прослушать?

— Ну и что из того.

— Как это! На ней же явный криминал. Они просто обязаны будут сообщить об этом куда следует.

— Как же жди. У них постоянно нехватка средств, а тем более наличных. Да если им хорошо заплатить, и потом еще приплачивать, то они на все закроют глаза. Даже если их прихватят за попу. Они всегда могут сослаться на то, что у них просто не хватает ушей, для того, чтобы все прослушать как следует.

— А ведь ты прав, умничка мой! — сказала жена и, чмокнула меня в носик.

Завтра же, устрою у них служебную проверку. Если что, так припугну, что и без денег отдадут.

— Знаешь, где искать?

— Начну с кабинета директора.

— Не, лучше с отдела частных пожертвований. Там более строгий учет.

Как я и предполагал, так все и вышло. Кассета была найдена Степанидой в кратчайший срок. Точнее не одна, а целых две. Причем, оригинал в самом кабинете директора, а копия, в отделе редких записей.

На этом, как говорится и закончилась сладкая полоса в жизни криминального авторитета Борзого. Ибо, чтобы не сесть в тюрьму, он вынужден был отказаться от львиной доли своих активов., которые мы с супругой конечно же пустили на благие цели.

25.03.2013 г.

Неудачная попытка

Как-то мне позвонила одна незнакомая «женщина», и вначале попросила, а потом уже и потребовала о встрече, когда я ей отказала, сославшись на занятость. Пришлось согласиться, иначе она грозила крупными неприятностями, сначала мне, а потом уже и моему мужу, что конечно же в корне меняло дело, ибо его безопасность, лично для меня всегда на первом месте. Я ведь дала, еще на свадьбе его матушке слово о том, что по мере возможности буду оберегать его.