Джеймс так рассмеялся, что едва не свалился с повозки.

— Не говорите такого в обществе, мисс Гвин! Вы попали просто в точку! Но насколько я себе представляю, в Англии было весьма затруднительно подыскать вам джентльмена.

— Претендентов на мою руку было достаточно! — обиженно парировала Гвинейра. — Да и мистер Лукас до сих пор не жаловался.

— Чтобы пожаловаться на такую жену, как вы, надо быть слепым, глухим и полоумным! — вырвалось у Джеймса, но, прежде чем он успел развить свою мысль, Гвин разглядела на равнине под горным хребтом небольшое поселение, в сторону которого они как раз направлялись.

— Это Холдон? — спросила она.

Джеймс кивнул.

Холдон выглядел в точности как города первопоселенцев, про которых Гвин читала в своих любимых романчиках: торговая лавка, парикмахерская, кузница, постоялый двор и трактир, который, впрочем, назывался «паб». Все это располагалось в пестревших разными красками одно-и двухэтажных домах.

Джеймс остановил повозку у лавки Кендлеров.

— Не торопитесь с покупками, спокойно выбирайте то, что вам нужно, — сказал он. — Я сперва погружу древесину, затем схожу к цирюльнику и в конце пропущу кружку пива в пабе. Спешить нам с вами некуда. Если у вас будет желание, можете выпить чашечку чая с миссис Кендлер.

Гвинейра заговорщически улыбнулась:

— Возможно, она даст мне еще пару рецептов. Недавно мистер Джеральд потребовал приготовить ему йоркширский пудинг. Вам известно, как его готовить?

Джеймс покачал головой.

— Боюсь, это неизвестно даже самому О’Тулу. Так что до скорого, мисс Гвин!

Он протянул ей руку, чтобы помочь спуститься с повозки, и Гвин спросила себя, почему это прикосновение вызывало у нее такие же ощущения, какие она испытывала в те уединенные моменты, когда ласкала себя в спальне...

7

Гвинейра пересекла пыльную сельскую улицу, которая после дождя превращалась в болото, и вошла в галантерейную лавку Кендлеров. Миссис Кендлер была занята тем, что рассыпала разноцветные конфеты по высоким стаканам, но, похоже, она с готовностью прекратила это занятие и радостно поприветствовала Гвинейру.

— Миссис Уорден, какой сюрприз! Какое счастье! У вас есть время выпить чашечку чая? Дороти как раз заваривает чай. Она вон там с миссис О’Киф.

— С кем? — спросила Гвинейра, и ее сердце затрепетало. — Неужели с Хелен О’Киф? — недоверчиво спросила она.

Миссис Кендлер радостно кивнула.

— Ах да, вы же знаете ее еще как мисс Дэвенпорт. Мой муж и я сообщили ее будущему супругу о ее прибытии. Насколько мне известно, он молнией понесся в Крайстчерч и сразу же привез ее с собой. Отправляйтесь в дальнюю комнату, миссис Уорден, а я последую за вами, как только вернется Ричард.

«Дальней комнатой» называлась гостиная Кендлеров, примыкавшая к просторному помещению магазина. Однако она была не частью временного пристанища, в котором обычно жили владельцы лавок. Жилье Кендлеров было со вкусом обставлено дорогой мебелью из редких пород древесины. Солнечный свет падал в комнату через большие окна, за которыми открывался вид на дровяной склад за домом, где Джеймс как раз получал свой заказ. Мистер Кендлер помогал ему грузить дерево на повозку.

А в гостиной действительно была Хелен! Она сидела в обтянутом зеленым бархатом кресле и болтала с Дороти. Увидев Гвин, женщина вскочила на ноги. На ее лице читалось смешанное чувство удивления и радости.

— Гвин! Ты ли это? За сегодняшний день я встретила больше людей, чем за последние двенадцать недель до этого. Я уже начинаю думать, что вижу призраков.

— Мы можем друг друга ущипнуть! — с улыбкой произнесла Гвин.

Подруги обнялись.

— Давно ты здесь? — поинтересовалась Гвинейра, когда Хелен ее отпустила. — Я бы приехала в Холдон намного раньше, если бы знала, кого тут увижу.

— Я вышла замуж почти три месяца назад, — сухо ответила Хелен. — Но в Холдоне я впервые. Мы живем... достаточно далеко за городом...

Прозвучало это не особенно восторженно. Однако прежде чем продолжить разговор, пришлось поздороваться с Дороти. Девушка как раз вошла в комнату с заварником в руках и поставила еще один прибор для Гвинейры. Это дало Гвин возможность повнимательнее рассмотреть свою подругу. Хелен действительно не выглядела счастливой. Она заметно похудела, а ее ранее светлый цвет лица уступил место отвратительному загару. Руки молодой женщины огрубели, а ногти стали еще короче. И даже в одежде произошли перемены к худшему. Разумеется, платье Хелен было тщательно вычищено и накрахмалено, но на подоле виднелись следы ила.

— Наш ручей, — извиняющимся тоном пробормотала Хелен, заметив взгляд Гвинейры. — Говард снова решил ехать на тяжелой повозке, потому что ему нужно было перевезти материал для забора. Но кони не могут сами перетянуть ее через ручей, приходится толкать.

— Почему вы не построите мост? — поинтересовалась Гвинейра. В Киворд-Стейшн ей не раз приходилось проезжать по новым мостам.

Хелен пожала плечами.

—• Вероятно, у Говарда нет денег. И людей. Не может же он построить мост сам. — Женщина потянулась за своей чашкой. Ее руки немного подрагивали.