Шрифт:
– Мы знакомы… – сказал Король, – одиннадцатый граф Сноудон, если не ошибаюсь.
– Двенадцатый, сир. Одиннадцатый – мой отец.
– Лейтенант командует патрулем, который временно приписан к службе безопасности аэропорта Хитроу, – пояснил бригадир.
В САС такое назначение считалось манной небесной. Лондон со всеми его развлечениями плюс симпатичные стюардессы в большом количестве и туристки, которым можно предложить показать Лондон.
– Парлато итальяно? – вдруг спросил Король.
– Си, синьор, – удивленно ответил лейтенант.
– Какие еще языки знаете? – продолжил Король.
– Французский, немецкий, немного испанский. Французский и немецкий – свободно.
– Отлично. Бригадир, я буду благодарен, если вы прикомандируете лейтенанта к моей охране. На мой взгляд, моя охрана, осуществляемая спецотделом полиции, оставляет желать лучшего, а времена сейчас неспокойные. Несколько тренировок с опытным офицером САС определенно пойдет полицейским на пользу.
Бригадир хотел сказать, что лейтенант Сноудон далек от определения «опытный офицер САС» и сам бригадир, доведись ему коротко охарактеризовать графа, сказал бы что-то вроде «ушлый и недисциплинированный засранец». Но воля монарха была ясно выражена, и кто он такой, чтобы противоречить?
– Есть, сир.
– Вот и отлично. Не смею больше отвлекать ваше внимание.
Король поднялся со своего места, принял поданную ему фотографию и удалился…
В кабинете повисла напряженная тишина, которую нарушил бригадир.
– Смену можете не сдавать. Я распоряжусь, чтобы Лоусон заменил вас, он работал в аэропорту и знает, что там к чему.
– Есть.
– Приведите себя в порядок, лейтенант. Пересмотрите свой гардероб, отдайте в чистку пару подходящих гражданских костюмов или закажите новый, если подходящих не окажется. Приведите в порядок и свой полковой мундир.
– Есть, сир.
– Я не закончил. Не вздумайте добираться до дворца на вашем мотоцикле. Наймите машину, если ее у вас нет. И я очень надеюсь, лейтенант, что репутация нашего полка не будет запятнана непристойным скандалом, в какие вы имеете редкостный талант попадать.
Лейтенант сделал непонимающее лицо, и бригадир заорал:
– И не делайте вид, что не понимаете о чем речь!
– Есть, сэр!
– Все, идите. Дежурство вам отметят. Я прослежу, чтобы бумаги оформили надлежащим образом…
– Спасибо, сэр.
– Да, и… смените ваши чертовы джинсы на что-то более разумное. В них вы похожи на педика с вокзала Сент Панкрас [70] .
– Есть, сэр.
Выходя из кабинета, лейтенант озабоченно посмотрел на часы. Милашка Синтия с БОАК, его новая добыча, наверное, уже его заждалась и, возможно, зла на него. А она не та девушка, которую можно оставлять без присмотра…
70
Для справки – у вокзала Сент Панкрас расположен был штаб двадцать первого территориального полка САС, так что шутка двусмысленная.
С этими мыслями лейтенант побежал вниз по лестнице, прикидывая, что надеть завтра, чтобы произвести впечатление на придворных дам.
04 июня 2014 года
Касба, Французский Алжир
Что останется
Кроме памяти…
Странные места и странные люди…
В этой жизни мне везло на события. И людей. Некоторым людям не везет – совершенно, их жизнь пустая и серая. Они ищут смысл в каких-то безумных, бессмысленных развлечениях – кто-то гоняет на авто по городу со скоростью сто двадцать, кто-то вечером танцует на столе в полураздетом виде, кто-то нарушает закон. Те же люди, которых я знал, – ставили свою жизнь на кон совершенно осознанно и хладнокровно, без вызова и эпатажа, желая сделать то, что нужно сделать. То, что нельзя не сделать. Их нельзя было не уважать – даже врагов.
А вместе с ними ставил свою жизнь на кон и я.
Ровно в двадцать два пятьдесят семь по местному времени я вышел из машины, которую взял напрокат вчера в аэропорту, хлопнул дверцей и пошел вверх по улице, особо ни на что не обращая внимания. Французы любят внешние эффекты и подобные операции рассчитывают до секунд, это своего рода их шик. И ровно в двадцать три ноль-ноль, когда я дошел до белой угловой громады Гран Пост – у тротуара тормознул клиновидный «Ситроен» с затемненными стеклами, открылась задняя дверь справа. Я сел – и машина мгновенно отъехала от тротуара, рванулась в пугающую черноту улиц, она шла поразительно плавно, потому что на машинах этой мануфактуры устанавливается специальная гидропневматическая подвеска, позволяющая забыть, что такое неровности – едешь, как на ковре-самолете летишь. Для Алжира, столицы новой Франции, это более чем актуально – дороги здесь проблемные.
– Месье Александр? – спросил меня офицер, сидящий на заднем сиденье. Вопреки моим настояниям, он все же облачился в армейскую штурмовую униформу, напялил тяжелый бронежилет и держал в руках тяжелую штурмовую винтовку SIG с барабанным магазином и громоздким термооптическим прицелом – оружие поддержки. Если придется действовать на улице – а чует мое сердце придется, – то такой вот терминатор будет выделяться из толпы не меньше, чем я на токийской Гинзе.
Хотя я там никогда не был – но представляю сие зрелище.