Она набрала его номер, и он сразу же ответил.

— Привет, это я, — сказала она, надеясь, что Чарлз больше не сердится на нее.

Максин несколько раз звонила ему из Марокко, но он не брал трубку.

— Ну, как съездила? — спросил Чарлз.

В его голосе не слышалось раздражения. Однако, чтобы убедиться в том, что Чарлз успокоился и больше не злится на нее, Максин хотела видеть его глаза.

— Картины человеческого горя всегда оставляют ужасное впечатление. Пострадавших, как взрослых, так и детей, очень много. — Максин не стала посвящать Чарлза в планы Блейка. — Сотрудники Красного Креста трудятся не покладая рук.

— Ты, наверное, очень устала? — посочувствовал Чарлз.

— Да нет. Я поспала в самолете.

Чарлз с досадой вспомнил, что Блейк предоставил в распоряжение Максин свой комфортабельный реактивный самолет.

— Может быть, поужинаем сегодня вместе?

— С большим удовольствием, — согласилась Максин.

Чарлз предлагал ей мир, и она с радостью приняла его.

— Итак, встретимся на старом месте?

Чарлз имел в виду свой любимый «Ла Гренуй», где они часто ужинали.

— Может быть, лучше сходим в «Кафе Булю»? — предложила Максин. — Это заведение находится ближе к моему дому.

Она знала, что к вечеру сильно устанет и ей не захочется далеко ехать.

— Хорошо, я заеду за тобой в восемь. Знаешь, Максин, я скучал по тебе и рад, что ты вернулась домой. Я очень беспокоился.

Чарлз действительно весь уик-энд думал о Максин.

— Со мной все в порядке.

— А как дела у Блейка? — вздохнув, спросил Чарлз.

— Ему сейчас очень трудно. Он впервые видит своими глазами последствия стихийного бедствия. Я довольна, что съездила и помогла ему…

— Поговорим об этом сегодня вечером, — внезапно перебил ее Чарлз.

Положив трубку, Максин просмотрела записи, которые внесла в журнал Тельма, и, убедившись, что с пациентами за время ее отсутствия не произошло ничего непредвиденного, начала прием.

День прошел довольно спокойно, и к шести часам Максин уже вернулась домой. Через полчаса откуда-то вернулась Зельда в костюме и туфлях на высоких каблуках. Она редко так одевалась.

— Где ты была? — с любопытством спросила Максин. — Сияешь так, будто вернулась с любовного свидания.

— Ходила к адвокату проконсультироваться по одному делу.

— У тебя что-то случилось? — забеспокоилась Максин.

— Нет, все в порядке.

Максин рассказала детям о том, что их отец делает в Марокко, и они с восторгом выслушали ее. Максин тоже гордилась бывшим мужем. Она умолчала только о том, что Блейк намеревается устроить в своем доме сиротский приют. Блейк взял с нее слово пока никому не говорить об этом, и Максин не могла нарушить обещание.

В восемь часов вечера за ней заехал Чарлз. Дети хмуро поздоровались с ним и разошлись по своим комнатам. После того как Максин и Чарлз объявили о предстоящей свадьбе, дети стали хуже относиться к нему. Он быстро превратился в их врага.

Максин сделала вид, что не замечает холодности детей, и уехала с женихом в ресторан. Стоял теплый летний вечер, и она надела элегантное синее льняное платье и серебристые босоножки. В этом наряде было трудно узнать женщину, которая еще сутки назад ходила среди руин в армейских ботинках на толстой подошве и камуфляжных брюках.

За столом Максин сообщила Чарлзу о том, что Блейк хочет устроить для них предсвадебную вечеринку. Услышав это, Чарлз замер с вилкой у рта.

— Что ты сказала? — переспросил он, не веря своим ушам.

Чарлз только начал оттаивать после размолвки, произошедшей накануне отъезда Максин в Марокко.

— Блейк хочет устроить вечеринку накануне нашей свадьбы.

— Это должны были бы сделать мои родители. Но к сожалению, их уже нет в живых. — Чарлз положил вилку и откинулся на спинку стула. — Хочешь, чтобы я устроил предсвадебную вечеринку?

— Нет. Пусть лучше этим займется Блейк. Он член нашей семьи. Дети будут очень рады тому, что он принимает участие в подготовке к торжеству.

— Но это не радует меня, — заявил Чарлз, отодвигая в сторону тарелку. — Неужели мы никогда не избавимся от этого парня? Ты говоришь, что он навсегда останется твоим родственником. Значит ли это, что я женюсь не только на тебе, но и на нем?

— Нет, конечно, но не забывай, что Блейк — отец моих детей. Ты должен доверять мне, Чарлз. Будет лучше, если мы примем его предложение.