— Я знаю, что сейчас не самое удачное время, — сказал Джек. — Но мы эксгумировали тело, и я только что закончил аутопсию. Думаю, вам будет интересно узнать, что мы обнаружили.

— Чрезвычайно интересно, — ответил Матт. — А время не такое уж и неудачное. Дела, конечно, есть, но ничего такого, что требовало бы неотложного вмешательства. Посидите в комнате ожидания, а я поищу Джорджину.

Оставшись один, Джек стал быстро просматривать две страницы записей о пребывании Пейшенс Стэнхоуп в отделении неотложной помощи. Он взял этот документ из общего файла во время разговора с Алексис.

— Рада вас видеть, — бросила Джорджина, вбегая в комнату. Следом за ней вошел Матт. Оба были в белых куртках, наброшенных поверх зеленой рабочей одежды.

— Матт сказал, что вы провели вскрытие. Круто! И что же вы нашли? Раньше мы никогда не сталкивались с этим.

— Самое интересное, что ее сердце оказалось совершенно нормальным. Никаких дегенеративных изменений.

Джорджина подбоченилась, выставив локти вперед, и на ее лице появилась кривоватая улыбка. Девушка была явно разочарована.

— А я-то думала, что вы выдадите нечто потрясающее.

— То, что я сказал, по-своему потрясающий факт. Смерть от сердечного заболевания без какой-либо патологии — явление крайне редкое.

— И вы приехали сюда только для того, чтобы сообщить нам, что ничего не нашли? — изумленно спросила Джорджина и посмотрела на Матта, словно ожидая от того такого же удивления.

— Вообще-то я приехал для того, чтобы спросить не было ли случайной передозировки лекарств или применения не того лекарства, какое нужно.

— Какие лекарства вы имеете в виду? — спросила Джорджина, ее улыбка исчезла — вопрос Джека привел девушку в замешательство.

— Любые, — ответил Джек, — и в первую очередь антитромботические или фибринолитические субстанции. Может быть, вы здесь проводите опыты, связанные с лечением инфаркта? Мне хотелось бы знать. Во всяком случае, в записях об этом нет никаких упоминаний.

Джек передал ей листки, и Джорджина стала читать. Матт сделал то же самое, заглядывая через ее плечо.

— Все, что мы ей давали, здесь отмечено, — сказала Джорджина.

Она передала Джеку один из листков и посмотрела на Матта, ожидая поддержки.

— Верно, — согласился Матт. — Пейшенс Стэнхоуп находилась в критическом состоянии. Линия на мониторе была практически ровной, и мы старались вернуть ее к жизни. А в чем все-таки дело?

— Она не получала чего-нибудь похожего на дигиталис?

— Нет, — ответил Матт. — Мы не могли восстановить сердцебиение даже при помощи последовательной двухкамерной электростимуляции. Ее сердце совершенно не реагировало.

Джек посмотрел на Матта, а затем, переведя взгляд на Джорджину, сказал:

— Судя по записям, единственным лабораторным исследованием было исследование газов крови. Какие-либо другие тесты проводились?

Версия о передозировке с лекарством, видимо, оказалась несостоятельной.

— Производя забор крови для анализа газов, мы обязательно делаем общий и электролитический анализы. Кроме того, в случае подозрения на инфаркт миокарда мы заказываем анализ биомаркеров.

— Если вы хотели получить анализ биомаркеров, то где формы заказа и результаты? Результаты газового анализа присутствуют.

Матт взял из рук Джека листки, бегло их просмотрел и пожал плечами:

— Не знаю. Возможно, их нет в записях, потому что данные сразу идут в общую историю болезни. Поскольку она умерла очень быстро, историю болезни завести не успели. Сохранились лишь записи отделения неотложной помощи, то есть наши. Что же касается формы заказов на анализ, — снова пожал он плечами, — в моих записях есть упоминание о том, что натрий и калий в норме. Это означает, что кто-то позвонил в отделение неотложной помощи и сообщил некоторые результаты. Наше отделение существенно отличается от подобных отделений большого города. Смертельные случаи у нас бывают крайне редко. Обычно больных просто госпитализируют. Включая самых тяжелых.

— Не могли бы вы связаться с лабораторией и попросить найти результаты? — спросил Джек.

Он не знал, пригодятся ли ему эти данные, но считал, что должен пройти путь до конца.

— Конечно, можем, — ответил Матт. — Мы попросим регистратора вам помочь. Нам же надо вернуться к работе. Спасибо, что зашли. Странно, что вы не обнаружили патологии, но в то же время мы рады узнать, что, борясь за ее жизнь, ничего не упустили.

Спустя пять минут Джек уже находился в тесном кабинете ночного дежурного по лаборатории. На его нагрудной визитке значилось: «Привет. Меня зовут Уэйн Марш».