Насколько я правильно сумел оценить обстановку, наиболее удобное место для проникновения на вражью территорию было там, где стоял турник — столб, врытый в землю, и лом, одним концом укрепленный на торце столба, а другим уходящий в стену забора.

По обеим сторонам от турника росли два абрикоса — в полутора метрах от забора, а напротив, буквально в четырех метрах, был вход в оранжерею.

Я прикинул: кроны деревьев заслоняли верх забора от взора возможного наблюдателя, турник значительно облегчал возвращение назад, и всего-то переместиться по открытой местности нужно было не более пяти метров. От забора до двери в оранжерею.

Все разглядев, я свалился вниз, упрятал штакетины под слой листвы напротив места предполагаемого проникновения и тихонько убрался восвояси.

Через десять минут я благополучно добрался до дома, по дороге вновь переполошив всех окрестных собак.

Избавившись от вонючего костюма, я помылся, облачился в выходную одежду, не спеша поужинал колбасой и фруктами, выдув заодно оставшиеся две бутылки пива, а потом, как сумел, сварил борщ. На завершающей стадии этого полезного дела я очень некстати вспомнил, что напрасно купил мякоть — тут более уместной оказалось бы суповая косточка с мозгом внутри.

Переместив кастрюлю с борщом на террасу, я вынес туда же свой ароматизированный костюм и, мельком глянув в подзорную трубу, отметил, что Мовик соблюдает свой режим. Было 22.02, и телохранитель высаживал из причалившей к крыльцу «БМВ» длинноногую блондинку.

Злобно позавидовав своему клиенту и от души пожелав ему внезапной утраты потенции, я занес треногу с трубой в дом и завалился спать.

На следующий день с 9 до 11 я занимался приобретением вещей, необходимых для проведения практического занятия номер 24 — точнее, завершающей его стадии.

Пошатавшись по городу, я купил в одном шопе небольшой контейнер с герметично закрывающейся крышкой. Затем я нашел зоомагазин, где долго уговаривал пожилого неуступчивого торгаша продать мне аквариум на 40 литров. Поскольку больших аквариумов в продаже не имелось, я попросил отдать мне тот, в котором тихо доживали свой рыбий век четыре полудохлые гупешки, но дядька ни в какую не хотел отдавать.

Конечно, деньги могут все. Пришлось расстаться с тридцатью баксами. На меньше он не соглашался. Я сказал, что зайду через час и чтобы к этому времени аквариум был вычищен и упакован в бумагу.

Затем последовал обход всех более или менее примечательных торговых точек, где мною были приобретены: черный трикотажный спортивный костюм, черные же корейские кеды, туристский рюкзак, рабочие рукавицы, пять метров парниковой пленки, метр серенького ситца, термометр, маленькая клизма с пластмассовым наконечником, литр подсолнечного масла, специи — перец, корица, лавровый лист, полкило ветоши и ряд других незначительных мелочей.

Упаковав все купленное в рюкзак, я заглянул на набережную и убедился, что продавец мороженого на своем месте.

Сегодня дела у него продвигались значительно лучше. Какая-то дама средних лет притащила на набережную группу подростков, и они приобретали мороженое на радость себе и продавцу.

Когда юные создания наконец оставили мороженщика в покое, я приблизился к нему и вежливо поздоровался. Увидев меня, дядька помрачнел и отвернулся.

Не теряя времени, я сразу покаялся и извинился за свою вчерашнюю грубость, сославшись на то, что вчера мне удалили гланды. Потому я был так раздражен. После этой операции пациент всегда испытывает страшное смятение, просто ужасное смятение…

— Вот оно что! А я с мороженым да со льдом! Ну, теперь понятно. Эх!..

Дядька оказался, видно, отходчивый и добрый. Он посочувствовал мне, справился о здоровье. Я, разумеется, поблагодарил.

— Больно, наверно?

— Конечно, но не так, чтобы… Сейчас, знаете, лазером…

— А-а-а-а, ну да… Мороженого, что ли, надо? Или нет?

— Да нет… Вот, решил попробовать нагазировать весь компот, который бабка на зиму закрыла. В общем, сухой лед нужен.

— Очень хорошо! У меня здесь полтора кило как раз. Но, предупреждаю, кило — пятьдесят штук.

— ???

— Что, дорого?

— Хм! Конечно, дорого! А впрочем…

— Ну-у-у… килограммов пять-шесть… Да, точно.

— Эх ты! А сколько компота?

— Ну… Мм… Много.

— Бабка что, в плодсовхозе работает, что ли?

— Да у нее здоровый сад такой.

— Ну так возьми полтора кило. Потом приедешь еще, если понадобится.

— Да нет, надо бы сразу. Свадьба будет, куча народу. Так компот как раз…

— Ладно. Сколько будешь брать?

— Шесть кило, наверно… Да, шесть.