Учитель Вик пребывал в легком шоке. До сих пор он и не подозревал, что ему как учителю придется отвечать на такое количество вопросов. Ему ужасно хотелось очиститься от прежней лжи и жить впредь без обмана, но ведь не мог же он сказать: «Эй, ребятня, я… типа… вампир, понятно? Марш с моего гроба».

Вместо этого он произнес:

– Эй, ребята, разве вы не видите, что перед вами умелый фокусник? – После этого учитель Вик объяснил, что он всегда любил фокусы и много лет учился у опытных иллюзионистов. Тусклое освещение требуется ему для того, чтобы его руки оказывались более быстрыми, чем глаза ребят. Кроме того, он где-то прочел, что огонь свечей помогает создать непринужденную обстановку. Что же касается плаща и черного прикида, то в его семье издавна принято так одеваться. Тут ему не пришлось кривить душой – это была чистая правда.

Однако его ответы удовлетворили ребят лишь частично, и он постарался как можно быстрей сменить тему разговора. Несколько поднятых рук он решил оставить без внимания.

– Вы знаете, раз уж у нас зашел разговор про Средневековье, я должен вам сказать, что это было необычайно интересное время. Я сейчас говорю про Европу между четвертым и пятнадцатым веками нашей эры. – Прямо перед звонком учитель Вик хлопнул себя по лбу. – Эх, жалко, я не предполагал, что у нас зайдет об этом речь. Я бы принес вам свои ежегодники.

Голос вернулся к Лауре на большой перемене. После этого слова хлынули из нее потоком.

– Наш учитель – еще тот фрукт, как вы считаете? Вообще, в нашем классе творится нечто невообразимое, настоящий дурдом. Вот вы слышали, как он говорил про донорский день? Как про предстоящий пикник. А этот его нелепый опрос? Видели, как он поймал резинку возле затылка? После этого он просто поднял руку вот так – и я больше не смогла говорить.

– Да уж, – сказал Питер. – Это действительно нешуточное дело. Я не подозревал, что на свете существует сила, способная заставить тебя заткнуться.

Лаура толкнула Питера в бок кулаком и продолжала:

– Ни один нормальный человек не способен проделывать подобные вещи. Наш учитель – вампир, или меня зовут не…

Едва заметная тень пробежала по лицу Лауры. Какое-то краткое мгновение она не могла вспомнить собственное имя.

– Лаура, – сказал Питер.

– Что? – Лаура казалась смущенной.

– Тебя зовут Лаура, если ты забыла, – рассмеялся Питер.

– Идиот, я знаю, как меня зовут. – Изловчившись, Лаура сунула Питеру за шиворот кукурузные хлопья и раздавила их, похлопав по спине ладонью.

– Но ведь он говорил, что работал в цирке и там научился фокусам, – напомнила Аманда.

– Точно. Аманда права. Это объясняет многое из того, что нам показалось странным, – согласился Питер.

– Объясняет, если у вас в головах пусто, – фыркнула Лаура. Питер пригнулся, и брошенный ею эклерчик пролетел над его головой.

Питер с усмешкой выпрямился.

– Бац-бац – и мимо! – К несчастью для себя, он забыл про важное обстоятельство – эклерчики в их школьной столовой продавались парами.

Пока Питер стряхивал с уха крошки и вытирал со щеки крем, Лаура продолжала:

– Учитель Вик интересуется всякими странными вещами больше, чем нашим образованием, в этом нет сомнений. Это меня настораживает. Нам нужно его разоблачить, пока не поздно.

– Но если ты ошибаешься? Если он вовсе не вампир? – спросила Эми.

Лаура откусила большой кусок от сандвича с тунцом.

– В любом случае нам нужно собрать доказательства.

Когда после звонка ребята вернулись в свой класс, учитель Вик уже написал на доске, прямо под плакатом, извещающим о донорском дне, задание на следующий урок. Учащимся шестого класса предлагалось написать сочинение на тему «Мое любимое чудовище». Не меньше 500 слов.

– Почему вы задали такую странную тему? – поинтересовалась Аманда.

– Она соответствует нашей программе изучения различных мировых культур, – ответил учитель Вик. – Нам нужно учиться понимать другие культуры, отличающиеся от нашей.

– Очень странно, – буркнул Питер.

– Нехорошо, Питер. Избавляйся от своих предрассудков, – строго произнес учитель Вик. – Вот, например, у меня несколько близких друзей – чудовища.

– Могу поспорить, что так оно и есть, – шепнула Лаура на ухо Донни.

Учитель Вик взглянул на Лауру.

– Этот спор ты определенно выиграешь, – сказал он ей и снова обратился ко всему классу: – Можете написать про любое чудовище, которое вам по вкусу.»

– Даже про мою сестру? – спросил Питер.

– А что, у нее большие клыки, скользкая чешуя? Она разрушает города? Изрыгает из пасти огонь?

– Точно.

– Ладно, тогда она подходит. Я даже не прочь с ней познакомиться. Итак, выбирайте любимого монстра. Франкенштейн, мой приятель Драк…