— Оказывается, Копейкин-старший отдыхает с сыном…

— Красиво жить не запретишь! — пожал плечами Виктор. — Звоните в ГИБДД…

Сам он набрал номер телефона замдиректора сказать о видеозаписях, но трубку взял помощник. Виктор объяснил ему, что видеозаписи нужно обработать всеми возможными программами, чтобы снять всю возможную информацию о «Дэу».

Сразу после этого у Виктора зазвонил личный мобильный. Номер был незнакомым, и Виктор буркнул:

— Да!

— Здравствуйте, а мне нужен полковник Логинов! — послышался в трубке хорошо поставленный баритон.

— А кто это? — грубо спросил Виктор.

— Моя фамилия Копейкин, Леонид Макарович.

— Это лишняя информация!

— Что, простите?

— Имя-отчество лишняя информация! У меня нет времени. Давайте к делу!

— Я первый заместитель главы следственного комитета Волгоградского региона…

— Я понял! Дальше…

— Сегодня в банке «Волжский кредит-сервис» произошел досадный индицент. Я просто хотел бы…

— А какое отношение следственный комитет имеет к случившемуся в банке? У вас в производстве это дело?

— Нет…

— Тогда в качестве кого вы звоните?

— Простите?

— Вы представились замглавы регионального следственного комитета, так?

— Да…

— При этом региональный следственный комитет не имеете никакого процессуального отношения к расследованию правонарушения, за которое задержан один из сотрудников «Волжского кредит-сервиса», так?

— Да… То есть не совсем.

— В смысле, у вас все-таки находится в производстве какое-то дело по «Волжскому кредит-сервису»?

— Нет! Просто это банк моего сына…

— Поздравляю! Ну и что с того?

— Ну и я хотел бы просто узнать, нельзя ли как-то этот досадный инцидент урегулировать…

— То есть вы звоните не как замглавы следственного комитета, а просто как родственник владельца банка. Правильно?

— Да. Правильно…

— Нельзя!

— Что, простите?

— Вы спросили, нельзя ли как-то инцидент урегулировать. А в этом инциденте признаки трех преступлений. Невыполнение законных требований, препятствование и угроза при исполнении…

— Уверяю вас, это было недоразумение!

— Недоразумение было бы, если бы речь шла о пьяном стороже, окончившем три класса. А задержанный гражданин, уверен, имел юридическое образование, то есть осознавал, что совершает правонарушение. Это дает основания предположить, что речь могла идти о пособничестве или укрывательстве… Спасибо за звонок! Я сейчас же свяжусь со следователем и попрошу его произвести проверку на предмет возможной связи сотрудников банка с террористами…

— Прошу вас, не надо! — сдавленно произнес в трубку Копейкин. — Я даю вам честное слово, что банк не имеет никакого отношения…

— Допустим, я вам верю. Но для следствия это не аргумент. Поэтому следователь просто рассмеется, если я передам ему ваше честное слово. Понимаете?..

— Понимаю! А если я предоставлю другие аргументы, более весомые?

— Если они будут достаточно убедительными, думаю, следователь примет их во внимание!

— Я понял! А насколько убедительными они должны быть?

— Ну, вы же работаете в следственном комитете, так что должны знать законодательство и санкции по каждой статье.

— Я понял! Тогда, поскольку я в отъезде, я, с вашего разрешения, дам номер вашего телефона адвокату. А он с вами незамедлительно свяжется…

— Договорились, Леонид Макарович. Было приятно познакомиться!

— Взаимно! Большое спасибо, что поговорили и согласились выслушать аргументы!

Логинов опустил трубку и оглянулся. Опер за время разговора ускакал в управление с записями, Корняхин ушел в санузел и разговаривал с ГИБДД оттуда. Виктор ухмыльнулся и тут ему позвонил Зотов:

— Логинов, ты прямо мастер! Не ожидал!

— Нормально получилось?

— Шутишь? Когда ты намекнул, что банк могут элементарно заблокировать под антитеррористическое расследование, у объекта планка упала! Так что теперь дело за малым — хлопнуть с поличным адвоката! Короче, я высылаю к твоей гостинице группу местных оэсбэшников. Обо всех своих передвижениях предупреждай меня! Чтоб они сработали четко, встречу организуй в машине. Так лазером снимать звуковой сигнал будет проще и помех никаких.