Лошади, повинуясь растерянным хозяевам, топтались на месте. Бесы сбились тесной толпой. Только собаки с лаем носились вокруг драконов. Впрочем, после того как одна или две неосторожно приблизившихся к вивернам гончих получили такие пинки, что на месте испустили дух, остальные, поджав хвосты, разбежались.

За драконами следовали дракониры, готовые прикрыть вивернов стрелами своих арбалетов.

Бесы не были опоены черным зельем — их послали в погоню, а не на бой. Они нерешительно топтались на месте. Всадники промчались сквозь их толпу и выстроились цепью позади. Оказавшись между всадниками и драконами, бесы тут же начали пятиться.

Люди осыпали бесов проклятиями, хлестали тяжелыми плетьми, но ничто не могло заставить трусливых тварей сразиться с драконами. В конце концов наемники повернули коней и поскакали прочь впереди орды убегавших бесов.

Виверны погнались за ними.

Из темноты вынырнул раскрасневшийся, запыхавшийся драконопас.

— Леди, я Мануэль из Сто девятого марнерийского. Мы узнали вас и леди Лагдален.

— А я узнала тебя, Мануэль. Только что я собственными глазами увидела Пурпурно-Зеленого. Великолепное зрелище. Мы благодарны вам, вы спасли наши жизни. Впрочем, для Сто девятого это, похоже, входит в привычку.

— Это все драконы, леди. Они настояли, чтобы мы пришли сюда. Снялись с места и двинулись спасать Хвостолома. Представьте себе, леди, они просто знали, где он находится.

Лессис кивнула. Драконы не переставали удивлять ее своими скрытыми возможностями.

— Капитан Кесептон тоже здесь.

— Что? — воскликнула Лагдален.

В следующий момент Холлейн оказался рядом, и она с радостным криком бросилась в его объятия.

— Леди?.. — заговорил Мануэль.

— Да, дитя.

— Вы случайно не видели Хвостолома?

Ведьма огорченно вздохнула:

— Да. Он и Релкин спасли нас от плена и неминуемой смерти. Увы, они в ловушке. В лабиринте, под тем большим домом.

— Можете вы показать, как туда пройти?

Лессис взглянула на юношу. «Неужто он серьезно?» — подумала она, но тут же решила, что для Сто девятого марнерийского нет ничего невозможного.

— Да, могу. — Ее взгляд упал на хромого ребенка. — Но прежде мы должны укрыть этих детей. Они были пленниками врага. Нужно разместить их в безопасном месте.

Мануэль в Кесептон свистом подозвали остальных. Детей отвели под деревья и велели сгрудиться потеснее, чтобы согреться. С ними остались Холлейн, Лагдален и два талионца — Дрикантер и Тегманн. Лессис и Мирк, сопровождаемые Мануэлем, двинулись следом за ушедшими вперед драконами.

В узком проходе между деревьями виверны настигли убегавших врагов. Для одной из сторон это закончилось плачевно: на дороге остались трупы людей и бесов.

Лессис и Мирк указали путь через луга и сады к большому дому, который все еще светился огнями. Ворота в подземную берлогу Властелина были заперты. В самом воздухе чувствовалась настороженность. Создавалось впечатление, что крепко сработанные ворота не падут так просто даже перед эскадроном боевых драконов.

— И как мы собираемся попасть внутрь? — поинтересовался Мирк.

— Мне кажется, Пурпурно-Зеленый знает ответ, — откликнулся Мануэль.

Несколько мгновений спустя из темноты выступил огромный дикий дракон. На плече он тащил мраморную статую Фалтуса Вексенна, вдвое выше человеческого роста. Превосходно сработанная скульптура принадлежала резцу лучшего ваятеля Аубинаса Чатука. Вексенн был изображен задумчиво сидящим в кресле — подразумевалось, что он великий мыслитель.

Дракон с натужным вздохом поставил статую на землю.

— Что ты собираешься делать с этой штуковиной? — спросил драконопас.

— Клянусь огненным дыханием, а ты как думаешь? Разбить ворота.

Первым наступившую тишину заметил Базил.

— Не таранят, — буркнул он.

Релкин, перезаряжавший арбалет, поднял голову.

— Точно, перестали. В воздухе повисло странное напряжение. Юноша ощутил воздействие магической силы: впечатление было такое, будто где-то в отдалении ледяные пальцы скребут по стеклу. Глаза Релкина расширились:

— Он здесь! Я чувствую его. Напряжение возрастало. — Медленно, как будто сгущалась грозовая туча. Теперь и дракон и драконопас не отрываясь смотрели на дверь. Послышался гул.

Релкин ощущал нарастающее давление — словно, создавая смерч, вращался огромный храповик. Вибрация проникала в мозг; казалось, дрожали даже зубы. Дверь засветилась, в самом ее центре что-то ярко сверкнуло, после чего послышался резкий щелчок. Воздух заполнил едкий химический запах. Рокот возобновился, став более раскатистым и громким. Дверь светилась словно изнутри. Гул стал почти не переносимым — и в этот миг вспыхнул ослепительный зеленый свет.