Наряду с проблемой уточнения совместных вероисповедных принципов Содружества епископы рассматривают на Ламбетских конференциях проблемы, общие для англиканских и неангликанских церквей. Приветствуя мировое экуменическое движение к объединению направлений христианства, Содружество выражает готовность к взаимным уступкам. Здесь высказываются мнения о том, что достичь единства христиан в мире важнее, чем отстаивать специфику англиканского вероучения.

Англиканская церковь издавна проявляла свой интерес к установлению контактов с руководителями восточнохристианских церквей. После разрыва с Римом архиепископ Кентерберийский Джон Эббот (1611–1633) переписывался с Кириллом Лукарисом (1572–1638), патриархом Александрийским и Константинопольским. В XIX в. между православными и англиканскими теологами установились регулярные отношения, они проводили богословские консультации, в частности, в связи с актуальной для того времени темой рукоположения англиканских епископов. Эту традицию продолжила комиссия из англикан и православных, которая была создана в Оксфорде в 1973 г. и с тех пор продолжает работу. Англиканские теологи предложили смягчить богословские расхождения между древними латинской и греческими христианскими церквями в самом спорном доктринальном положении — об исхождении Святого Духа (Filioque). Поскольку в греческом тексте Никейского символа веры термин «Filioque» отсутствует, то и догмат, по их мнению, можно квалифицировать как возможное мнение, не отменяя его в литургии.

В течение двадцати лет богословы Содружества обсуждали проблему служения женщин в качестве священников, и лишь после того, как в США, Канаде и Новой Зеландии автономные церкви решили ее положительно, Церковь Англии в 1994 г. впервые провела рукоположения женщин. Протестанты уже давно стремились к этому, но, по оценке католиков, Англиканское содружество этим новшеством создало затруднение для диалога между англиканами и католиками, который развернулся во второй половине XX в.

Установление нового типа отношений с католиками и более тесных связей с другими христианскими направлениями способствовали появлению среди верующих новых взглядов на традиционные символы англиканской веры. В оценке «39 статей», которые всегда считались кальвинистскими, теперь подчеркивается, что они не противоречат католическому вероучению. Они были направлены против средневекового богословия и анабаптистов, составлены в целях поддержания религиозного мира, и в наши дни, как считают многие, являются уже не актуальным, а историческим документом. Не лучше ли ограничиться «Книгой общих молитв», которая гораздо более определенно излагает англиканское вероучение, чем устаревшие «39 статей»? Это один из основных вопросов, который был задан на форумах Англиканского содружества.

Летописец суровой борьбы европейцев за устройство новой жизни и новой церкви на ином континенте Коттон Мезер (1662–1727) назвал свой знаменитый труд «Великие деяния Христа в Америке, или Церковная история Новой Англии» (1702). Крупнейший писатель колониального периода и потомственный священнослужитель, он был убежден, что идею сохранить для потомков факты пережитого ему внушил сам Всевышний. В «Великих деяниях» прошлое и настоящее рассматриваются как движимые Провидением, которое, испытывая колонистов происками нечистой силы, отметило печатью избранности многих из тех, о ком он считал необходимым рассказать потомкам. Он надеялся, что Господь и впредь будет множить число избранников там, где жизнь устроена в наибольшем соответствии с Его волей.

Североамериканские колонии начали осваивать в XVI–XVII вв. европейцы, которые уже были новыми людьми, они шли на смену родовой знати, вырвались из нищеты, требовали и добивались у королевской власти права на эмиграцию. Одну из первых колоний пытались основать во Флориде французские гугеноты, которые отправились за океан с благословения адмирала Гаспара де Колиньи. Почти все французские колонисты были перебиты испанцами. Из тюдоровской и стюартовской Англии, где рост народонаселения и огораживания породили толпы физически здоровых нищих, в Новый Свет отправлялись надеявшиеся собственными руками наладить фермерское хозяйство или приобрести поместье. У состоятельных и знатных людей имелись свои идейные побуждения для того, чтобы начать новую жизнь за океаном. Надежду на успех в них вселяли абсолютный провиденциализм и уверенность в том, что это Бог направляет их навстречу полной неизвестности, чтобы христианская вера утвердилась на другом континенте. Они называли себя «воинами Христа». Перед отплытием кораблей священники объявляли пассажирам, что они отделяют себя не от англиканской церкви, а от ее испорченности, и намерены выполнять в Америке программу церковной реформации, проповедовать Священное Писание. На борту корабля «Мэйфлауэр», доставившего отцов-пилигримов к американскому берегу, 11 (21) ноября 1620 г. был подписан Ковенант (англ. covenant — договор, соглашение, завет), отразивший непоколебимую религиозную убежденность пионеров колониальной эпохи.

Женщины-священнослужители Протестантской епископальной церкви США, 1982 г.

«Именем Господа, аминь. Мы, нижеподписавшиеся, верноподданные нашего могущественного государя Якова, божьей милостью короля Великобритании, Франции и Ирландии, защитника веры и проч., предприняв во славу Божью для распространения христианской веры и славы нашего короля и отечества путешествие с целью основать колонию в северной части Виргинии, настоящим торжественно и взаимно перед лицом Бога объединяемся в гражданское и политическое сообщество для поддержания среди нас лучшего порядка и безопасности, а также ради уже указанных целей. В силу этого мы создадим такие справедливые и одинаковые для всех законы, ордонансы, акты, распоряжения и административные учреждения, которые в то или иное время будут считаться наиболее подходящими и соответствующими всеобщему благу колоний, и которым мы обещаем следовать и подчиняться».

Ковенант по своему характеру совсем не означал договора, каким его представляли просветители, т. е. соглашения между людьми по поводу своих естественных прав. Религиозный ковенант сплачивал верующих в христианское сообщество, от имени которого и заключался договор с Богом. У основоположников протестантизма вопрос о договорных отношениях между христианами и Богом не возникал, да и не мог возникнуть, поскольку они подчеркивали несоизмеримость божественного могущества с человеческими усилиями. Кальвин писал лишь о том, что Бог разговаривает с верующими, как отец с детьми: сначала на языке истин Ветхого Завета, затем Нового и, наконец, с современными христианами. Размышляя в этом направлении, реформатские ортодоксы выдвинули концепцию о серии договоров, которые Бог последовательно заключал с человечеством. Так называемая «федеральная» теология соответствовала росту правосознания и уровню науки о праве, достигнутому в XVII в., когда понятие о договоре с Богом утвердилось в практике реформатских и англиканских церквей.

Составляя на «Мэйфлауере» свою хартию, отцы-пилигримы вступили в договор с Богом, который носил специальный, целевой характер и должен был узаконить их инициативу. По отношению к этому ковенанту королевские хартии становились делом второстепенным. На огромном расстоянии от Англии авторитет короля, парламента или магистрата утрачивал смысл, люди полагались только на Бога и свое мужество, устраивая республики.

Переселенцы в Северной Америке были убеждены, что первый договор состоялся между Богом и Адамом, когда Бог поместил сотворенного им человека в Эдем и заповедал ему вкушать плоды со всех деревьев, кроме древа познания добра и зла. Это был ковенант благодати, он имел правила и предусматривал вознаграждение или наказание. Адам не выполнил условий, и последующие ковенанты благодати Бог заключал по своей милости к поврежденному грехом человечеству, давая свидетельства возможного спасения. Так, Авраама Бог сделал отцом множества народов, поставив условие ему и его потомкам — почитать Его волю и свершать обряд обрезания. Моисею в ковенанте была преподана божественная милость руководить царством священников и народом святым (Исх. XIX, 5–6).

Полноправные жители поселений, из которых вырастали города Бостон, Сейлем, Новый Плимут и др., верили в свою принадлежность к святому народу и горячо спорили о путях приобщения к святости. Церковная община — конгрегация, т. е. видимая церковь в кальвинистской трактовке, руководила колонистами как святым народом. Каждая колония рассматривала себя в качестве отдельного государства, где правительство считалось освященным свыше и вместе со служителями церкви руководило религиозной жизнью колонистов.