Обратите внимание на эту деталь. Объяснить ее можно только тем, что к тому времени охрана уже получила приказ: в спальню никого не пускать, даже ближайших родственников [933] . Кто отдал такой приказ, мы пока не знаем. Вероятнее всего, он исходил от Е.И. Чазова.

«По свидетельству Виктории Петровны, первоначально ее успокаивали и говорили: «…ничего, надежда есть!» [934]

Первой, кому Виктория Петровна сообщила о произошедшем, была ее внучка Виктория – дочь Галины Леонидовны и ее первого мужа известного циркового артиста Евгения Милаева [935] . К этому времени Виктория Евгеньевна уже успела побывать в первом браке и получить фамилию Филиппова. Правда, брак оказался непрочным. Вскоре она вышла замуж вторично и со своим новым мужем Геннадием Варакутой и дочерью Галей жила на даче дедушки в Заречье [936] .

«Было раннее утро, – вспоминает Виктория Евгеньевна, – меня разбудила бабушка: «Вставай, дедушке плохо» [937] .

Это подтверждает, что первоначально речь не шла о смерти Леонида Ильича. Как и Виктория Петровна, Виктория Евгеньевна (по всей видимости, с мужем) бросилась на второй этаж. «Я вскочила, но нас не впустили в спальню» [938] .

После этого Виктория Петровна и Виктория Евгеньевна стали обзванивать родных и наиболее близких знакомых [939] .

«Я, – вспоминала Виктория Петровна, – позвонила Вере Ильиничне (сестре Леонида Ильича. – АО.), своей сестре, детям, конечно, Юрию Михайловичу» [940] .

Однако Ю.М. Чурбанов пишет, что о произошедшем он узнал не от тещи, а от Виктории Евгеньевны. «10 ноября 1982 года, – пишет Юрий Михайлович, – утром, в начале девятого [941] , мне на работу позвонила Витуся, дочь Галины Леонидовны, и сказала: «Срочно приезжайте на дачу». На мой вопрос: «Что случилось?» – ответа не последовало» [942] .

Ю.М. Чурбанов пишет, что, узнав о произошедшем, он сразу же сел в машину и отправился за женой: «в МИД». Тут явная неувязка. Рабочий день в МИДе и в МВД начинался не ранее 9.00.

По свидетельству Виктории Петровны, зять нашел свою жену не на работе, где она должна была быть с 9.00, а в парикмахерской. «Он за ней (за Галиной. – АО.), – вспоминала Виктория Петровна, – примчался в парикмахерскую, потом рассказывал: «Я срываю с нее бигуди, думаю: «Господи, кто? Папа? Мама? Мама болела все время…» Они за меня боялись» [943] .

Только после этого Юрий Михайлович и Галина Леонидовна появились на даче [944] .

Однако Юрий Михайлович и Галина Леонидовна прибыли на дачу не первыми. Раньше чем туда приехали ближайшие родственники генсека, раньше чем туда примчалась реанимация, на даче генсека в Заречье появились Ю.В. Андропов и Е.И. Чазов.

Вот как вспоминал в 1992 г. этот эпизод Е.И. Чазов: «10 ноября, после трех праздничных дней, я, как всегда, в 8 утра приехал на работу (обратите внимание на время. – АО.). Не успел войти в кабинет, как раздался звонок правительственной связи и я услышал срывающийся голос Володи Собаченкова из охраны Брежнева, дежурившего в этот день: «Евгений Иванович, Леониду Ильичу нужна срочная реанимация». Через 12 минут Е.И. Чазов, если верить ему, уже был в Заречье [945] .

«Из рассказа Собаченкова, – читаем мы в воспоминаниях главного кремлевского врача далее, – я узнал, что жена Брежнева, которая страдала сахарным диабетом, встала в 8 часов утра, так как в это время медицинская сестра вводила ей инсулин. Брежнев лежал на боку и, считая, что он спит, жена вышла из спальни. Как только она вышла (т. е. около 8 часов. – АО.), к Брежневу пришел В. Собаченков, чтобы его разбудить и помочь одеться. Он и застал мертвого Брежнева» [946] .

«Две проблемы встали перед мной, – отмечает Е.И. Чазов, – как сказать о смерти Брежнева его жене, которая только 30 минут назад вышла из спальни, где несколько часов лежала рядом с умершим мужем, а вторая – кого и как информировать о случившейся ситуации» [947] .

Нельзя не обратить внимания на то, что Е.И. Чазов, как вытекает из его воспоминаний, констатировал смерть генсека, даже не осмотрев его, только на основании слов В. Собаченкова, хотя последний, судя по всему, в этом не был уверен, так как считал необходимым вызов реанимации.

По свидетельству Е.И. Чазова, прежде всего он решил поставить в известность о случившемся Ю.В. Андропова, но, опасаясь, что его могут подслушать КГБ или же МВД, позвонил не самому Ю.В. Андропову, а его секретарю и попросил последнего, чтобы Юрий Владимирович срочно позвонил на дачу Л.И. Брежнева. А затем, услышав в трубке голос Ю.В. Андропова, пригласил его приехать в Заречье, что тот и сделал [948] .

В 2000 г. Е.И. Чазов издал новые воспоминания, снабдив их названием «Рок», в которые внес некоторые коррективы. В частности, он признал выдуманной рассказанную им историю со звонком секретарю Ю.В. Андропова. Согласно сделанному уточнению, приехав на дачу в Заречье, он сам поставил Ю.В. Андропова в известность о случившемся: «По правительственной связи я нашел Ю. Андропова в машине по дороге на работу» [949] .