– Ваш контингент состоит из моих потенциальных клиентов, – мягко сыронизировал Дронго, – некоторых из них я знаю…

– Конечно, знаете, – не заметил иронии Николай Андреевич, – именно поэтому вам пора стать членом нашего клуба. Но простите, кажется, сейчас будет бить Вилари. Хочу подойти ближе – посмотреть, чем закончится игра.

– Кто такой Вилари? Знакомая фамилия…

– Еще бы! Это же международный авантюрист. Мошенник, не раз привлекавшийся к суду. Бывший актер. Снялся в нескольких французских и итальянских фильмах. Но – ничего особенного, никаких успехов… Любит играть в гольф, теннис, обожает казино. Два раза приезжал к нам в Москву. Жуир, альфонс. Недавно женился на самой Кэтрин Фармер. Она намного старше его. Наверное, вы видели Энрико Вилари по телевизору или читали о нем в газетах… Извините, я вас оставлю.

Сарычев прошел дальше, а Дронго взглянул на высокого красивого итальянца, замахнувшегося для удара. В этот момент солнце ярко сверкнуло на металлических частях его клюшки, на долю секунды ослепив наблюдателя.

Отель «Меридиан», расположенный на южном побережье Португалии, размещался на площади в триста шестьдесят акров. Большую часть его территории занимали многочисленные поля для гольфа, спроектированные одним из самых известных в мире специалистов в этой области дизайна Генри Коттоном. Именно поэтому здесь часто проходили международные соревнования любителей и даже мировые чемпионаты по игре в гольф.

Отель располагал прекрасным, олимпийского класса, стометровым бассейном, вокруг которого в хорошую погоду любили отдыхать гости. Специальная деревня «Пингвин» предназначалась для развлечения детей, приезжающих с родителями. Отель был выстроен недалеко от прибрежного поселка Алвор, ставшего в последнее время одним из центров туристического бума на юге Португалии.

– …Извини меня, Кэтрин, но я тебя не понимаю, – неожиданно услышал Дронго у себя за спиной и оглянулся.

Между ним и двумя разговаривающими женщинами находились кусты каких-то густо разросшихся растений. Женщины не могли видеть Дронго, а он слышал их разговор.

– Зачем тебе связывать свою жизнь с этим типом? – продолжал тот же голос. – Все никак не хочешь успокоиться? В твоем возрасте…

– Дорогая моя, – перебила говорившую Кэтрин, – мне только пятьдесят два. Ты, кажется, старше меня на два года. Или, если точнее, на четыре. Я уж не буду напоминать, сколько лет моему дяде.

– Это не имеет значения, – гневно возразила первая из собеседниц. – В конце концов, я супруга достойного человека – твоего дяди, а не твоего беспутного мужа. И я имею право сказать все, что думаю, об этом итальянском авантюристе. Неужели ты веришь в то, что он тебя любит? У вас разница в возрасте почти десять лет. И не в твою пользу, Кэтрин. Я, конечно, понимаю, что… Но можно было бы только встречаться… Энрико хорош в роли племенного жеребца, не более того.

– Не нужно так переживать, Сильвия, из-за моего брака. Или ты боишься, что мой дядя отпишет часть наследства и моему мужу, как своему близкому родственнику? Можешь не беспокоиться. Он ни разу за последние годы не пересматривал завещания. Хотя лет двадцать назад хотел отписать часть денег одной топ-модели в Лондоне. Я тебе об этом рассказывала. Но он не стал этого делать…

– С тобой невозможно разговаривать, – перебила разгневанная женщина, и Дронго услышал удаляющийся нервный стук ее каблучков.

Кэтрин осталась одна. Какое-то время она постояла, очевидно, размышляя о чем-то. Дронго замер, не решаясь двинуться и нарушить тишину. Внезапно женщина повернулась и, огибая кусты, пошла прямо на него. Ему показалось смешным и постыдным убегать. Он продолжал стоять на своем месте, когда женщина, выйдя из-за растений, едва не столкнулась с ним.

– Извините, – пробормотала она, сделав шаг влево.

– Простите меня, – произнес Дронго и шагнул вправо.

Они снова столкнулись. Женщина была в светло-голубом брючном костюме. Глядя на ее лучистые светло-карие глаза и аккуратно уложенные каштановые волосы, Дронго подумал, что в жизни она еще красивее, чем на экране. «Кажется, Сильвия сказала, что Кэтрин уже пятьдесят два года, – припомнил он. – Если даже она сделала подтяжку лица, то и в этом случае выглядит прекрасно. Ей ни за что не дашь больше сорока».

– Простите, – еще раз пробормотал Дронго, делая шаг в сторону.

– Подождите, – требовательно произнесла Кэтрин, – вы… журналист?

– Кажется, нет, – улыбнулся Дронго.

– Вы давно здесь стоите? – В ее голосе он услышал нотки раздражения.

– Да, – чуть подумав, ответил он, – но я наблюдал за игрой в гольф.

– Вы слышали наш разговор? – Она полагала, что у нее есть право допрашивать незнакомого человека только потому, что тот оказался рядом с ней.

– Слышал, – подтвердил Дронго, – и за это мне полагается какое-то наказание?

Она поняла, что ведет себя не совсем корректно, и улыбнулась. Затем пожала плечами:

– Извините. Я думала, вы журналист и специально подслушивали наш разговор. Вы итальянец?

– Нет, я из Москвы.

– Странно. Никогда не встречала никого из Москвы. Мне говорили, что это красивый город. Простите, что я себя так глупо повела. Мы повздорили с супругой моего дяди, и я была немного не в себе.

– Понимаю, – улыбнулся Дронго, – можете не беспокоиться. Я не прислушивался к вашему разговору, хотя говорили вы довольно громко.