Кейти подошла к столу администратора, отметив про себя, что временная секретарша, как ее назвал Роберт, содержит свой стол в идеальном порядке, в отличие от Морин.

Она открыла ящик стола — искала журнал с записями, какой есть практически у всех хороших секретарей. Найдя, Кейти поспешно выхватила его и поднесла к окну: ей не хотелось рисковать, включая свет. Просмотрев все странички, она удостоверилась, что нигде не было имени Стефани Берроуз. Но, может быть, она звонила со своего стационарного телефона? Вынув из кармана листок со всеми данными на эту женщину, Кейти сверилась с ее номерами. Нет, и такого номера тоже нет. Возможно, Стефани вообще звонила с мобильного телефона? Или общалась с ее мужем телепатически?

Кейти открыла дверь, ведущую в кабинет Роберта. Здесь все осталось без изменения. Единственная несущественная деталь — это веер из рождественских открыток на столе с напитками и в углу большая елка с ароматной хвоей, украшенная мигающими гирляндами, которые родители Кейти подарили им с Робертом для их первого совместного Рождества. Недавно Роберт решил, что эти гирлянды очень хороши и для елки где-нибудь в офисе и унес их на работу. Кейти прикоснулась к ним рукой. Так странно… Они уже такие старенькие и все еще нравятся ему.

Кабинет Роберта представлял собой удлиненный прямоугольник. В одном конце комнаты стоял стол для ведения переговоров, в другом — стол самого Роберта. На столе переговоров валялись в беспорядке разные бумаги. Кейти машинально просмотрела их. Не найдя ничего интересного, она прошла к столу Роберта.

Странно она чувствовала себя, словно вор, проникший — куда? В собственную компанию. Ведь она владела пятьюдесятью процентами акций, которые Роберт оформил на ее имя. И что случится, если они разойдутся, задала себе вопрос Кейти. Роберт попробует выкупить ее долю, а она, в свою очередь, попытается выкупить у него его право на половину дома?

Поняв, о чем она сейчас думает, Кейти быстро отогнала от себя эти мысли. Ведь Шейла посоветовала ей не думать ни о чем подобном, пока она не убедится в справедливости своего обвинения.

Кейти обошла вокруг стола и села на стул Роберта. Он был таким удобным, она сама купила его, как только они переехали в этот офис. Как и в домашнем кабинете Роберта, здесь тоже царил порядок. Стол был пуст, если не считать письменного набора около лампы — шариковой ручкой и авторучки.

Слева стояли три фотографии в серебряной рамке. Кейти потянулась было к ним, затем остановилась и все-таки включила лампу, осветив стол теплым желтоватым светом. Слева — фото Брендана, справа — Терезы, посередине — она и Роберт… Это очень старая фотография. Там они были еще безумно влюбленной парой. Если бы у Роберта была любовница, он, скорее всего, не стал бы ставить эту фотографию сюда.

Кейти попробовала открыть ящики стола. Они все были заперты. Значит, эта поездка ни к чему не привела. Кейти только удостоверилась, что Стефани не звонила Роберту на работу, что на столе была их семейная фотография, а значит, любовница не делала ему визитов непосредственно в офис.

Кейти молча сидела, поставив локти на стол и обхватив ладонями голову. Она чувствовала себя очень уставшей, почти больной и все же ликующей. Она слишком остро реагирует на все. Она устала. В следующем году они обязательно поедут куда-нибудь на Рождество.

Ну, ладно, значит, она ошиблась. С кем не бывает. Зато за эти последние два дня она увидела, что у их брака назрели проблемы, которые обязательно нужно решить.

— Благодарю тебя, Господи, что я не успела ничего ему сказать!

Кейти почти вышла из офиса, как вдруг увидела полки, которых она сначала не заметила. Прежде их тут не было. Она взяла большую папку, открыла ее и увидела в прозрачных файлах различные счета, письма и другие важные для компании бумаги. Новая секретарша действительно была очень аккуратной и ответственной.

Просмотрев содержимое одного файла и не найдя в нем ничего интересного для себя, Кейти перешла к другому и увидела счета Роберта за пользование мобильной связью.

Роберт Уокер звонил Стефани Берроуз семь или восемь раз в день. На ее домашний или мобильный телефон. Почти все звонки продолжались примерно от нескольких минут до часа.

Каждый день.

Семь дней в неделю.

Сотни звонков.

— Кейти!

— Привет, Морин.

Кейти стояла на пороге дома Морин Райан, держа букетик цветов в одной руке и бутылку вина — в другой.

— Входи, входи. Я тебя и не ждала. Я бы тебя поцеловала, но боюсь тебя заразить, что бы это ни было.

Морин слегка отстранилась и дала Кейти пройти в дом.

— Иди прямо в кухню.

Морин жила в том же доме, в котором и родилась. Кейти припомнила, что она как-то раз говорила о том, что мечтает и умереть тоже в нем. Красивый дом, построенный Дублинской корпорацией в 1950-х годах.