– Мы в этом совершенно уверены, – подтвердила Мевис так горячо, что медсестра с любопытством оглянулась на нее.

Мисс Траб совершенно не выказала удивления, когда Мевис вошла в комнату для посетителей. Привстала с кресла, но не вышла ей навстречу. Мевис заметила, что она носила собственную одежду: темно-синий костюм и серый плащ.

– Я гуляла в саду, – пояснила мисс Траб. – Много хожу, это мне полезно.

– Оставляю вас одних, – вмешалась медсестра. – Доктор разрешил не больше двадцати минут.

Они сели, и воцарилось неловкое молчание. Прежде Мевис не отдавала себе отчета, как трудно будет начать разговор. Ведь предстояло вспомнить историю с газом и рассказать об их поисках, а ей казалось просто невозможным затронуть ни одну их этих тем. Ситуацию спасла мисс Траб.

– Мне так жаль, – произнесла она своим мягким голосом, который так нравился Мевис, – что вам пришлось пережить столько неприятностей и шумихи из-за моей... из-за моей болезни. Это не моя вина и я не могла этому помешать.

Мевис промямлила, что это мисс Траб нелегко пришлось, а не им с Рэем...

– Слава Богу, – серьезно произнесла мисс Траб. – Я не могла этому помешать, разве что если бы покинула ваш дом сразу после...

Она вдруг запнулась, с испугом осознав, что еще немного – и она дала бы волю чувствам.

– После чего? – ласково спросила Мевис. – Прошу, скажите мне. Мы... Мы с Рэем хотим вам помочь. Мы сделаем все... даю вам слово. Так нам было жаль... Нам казалось, что мы вас каким-то образом подвели.

– О, нет! – воскликнула мисс Траб, ломая пальцы. Лицо ее исказилось. – Только не просите! Не могу я вам ничего сказать! И никогда не смогу!

Слезы потекли по ее лицу. Мевис охватило беспокойство и чувство вины. Чтобы сменить тему, она начала рассказывать о Джой – что та очень выросла, что уже сама сидит на полу, что умеет перевернуться на спину, если положить ее на животик.

Мисс Траб искусно поддерживала разговор и через несколько мнут уже знала и о визите миссис Форд, и о занятиях Рэя в саду. Мевис хотела спросить мисс Траб, не удавалось ли ей выбраться из клиники и заглянуть к ним, а если да, то почему она не вошла в дом, но боялась ее расстроить.

Тем временем мисс Траб начала рассказывать о себе, о удобной жизни, которую она тут ведет.

– У меня свободный режим, – спокойно пояснила она. – Такая приятная разница по сравнению с постоянным кружением по двору...

– Что значит – свободный режим?

– Нужно дать слово, что вернешься к определенному часу. Их не интересует, куда я иду – в магазин или... ну... куда-то еще.

Мевис онемела. Почему она не упомянула, что была у них в саду перед самым обращением в клинику? Почему сейчас не предложила их навестить? На миг исчезло ощущение безопасности, уверенности в себе, даже вера в мисс Траб. Это наверняка она была тогда в саду... Могла быть она и до того... та записка, приколотая к коляске. И сейчас в любое время может... а мама уехала!

– Значит это были вы! – услышала она свой собственный голос, – и тут же распахнулись двери и вошла улыбающаяся медсестра.

Мевис поспешно встала. Медсестра, похоже, ничего не слышала, лишь сказала:

– К сожалению, вам пора.

Мевис, стыдясь своей вспышки, обернулась к мисс Траб, протянув на прощание руку. Но мисс Траб замерла, сжавшись в кресле, понурив голову и уставившись в пол.

– Я... я не хотела... – начала Мевис, но медсестра потянула ее за рукав и проводила к выходу.

– Да вы так не расстраивайтесь, – шепнула она. – Пациенты часто так себя ведут. Наверное, она просто устала. Вы ее первый посетитель с тех пор, как она сюда попала.

Мевис вернулась домой, глубоко огорченная этим разговором и впервые убежденная, что их бывшая квартирантка не совсем нормальна.

– А ты не думаешь, что тут может влиять окружение? – спросил Рэй, упрямо не поддаваясь сомнениям. – Ведь ты же видела там настоящих сумасшедших?

– Трудно сказать. Когда я вошла, во дворе было много людей, но все они выглядели вполне заурядно. Да, правда, я видела несколько человек, которые выглядели странновато. Одни ко всему безразличные, другие слишком оживленные. Но я не хочу о них думать. Важнее всего, что она может уходить и возвращаться когда захочет. А клиника совсем неподалеку от нас – автобусом всего шесть пенсов.

– И что из этого?

– Полагаешь, это не опасно? Я жутко волновалась весь день. Все время выбегала в сад, хотя и видела коляску через окно.

– Я полагаю, поводов для беспокойства нет.

– Но мы по-прежнему не знаем, кто приколол тогда записку. И не прекратили поиски.

– Никто об этом не знает. Только мистер Кук, мистер Уоррингтон-Рив и инспектор Браун. И мы больше не ездили в Уэйфорд.

– Но были в Конингтоне. Это ужасно! – воскликнула в отчаянии Мевис. – Понятия не имеем, где искать. Не знаем даже, в прошлом Френсис или Элен. Все было бы проще, реши мы, что... Элен.