— Все, хватит, — простонал Рудольф.

— Чего ты от нас хочешь? — сумел выдавить из себя качок.

— Вот это деловой разговор! — одобрил я и, пнув любимца женщин по круглому упругому заду, приказал: — Лежите оба и не шевелитесь! Отвечайте на мои вопросы! Только быстро! Ясно? — наклонившись, рявкнул я.

— Да, — слабо и недружно отозвалась парочка приятелей.

Я надавил ногой сверху на спину качка, все еще лежавшего поперек Рудика, и потребовал:

— Отвечай живо: где моя жена и что с ней?!

— Понятия не имеем! — пробубнил снизу голос, принадлежавший Рудольфу.

— То есть? — Я еще сильнее надавил на спину качку, и тот непроизвольно ойкнул.

— Нас наш шеф Андрей Викторович попросил выполнить просьбу какого-то мужика, — сдавленно, под тяжестью моей ноги проговорил качок.

— Мы должны были проследить за тобой и твоей женщиной и похитить вас. За это нам обещали приличные бабки.

— И меня похитить?!! — Я был крайне удивлен таким заявлением качка. — Меня-то зачем?

— Не знаю, — ответил тот. — Нам этого не объясняли. Но мы не сумели тебя взять, слишком уж ты прытким и бодливым оказался. Знали бы, не связывались. Потому мы и захватили только женщину.

— Дальше что? — спросил я и, чтобы подогнать качка с ответом, пнул его по бедру.

Такой удар, знаю, бывает болезненным, временно выводящим из боя, после него обычно в течение получаса невозможно ступать на ногу и все бедро ноет, как при нарыве. Качок, надо отдать должное, мужественно стерпел боль и ответил:

— Мы отвезли женщину, как нам было сказано, по адресу…

Ну, наконец-то начинает проясняться судьба Зои.

— Куда именно? — черт, жаль у меня хлыста не было, оттянул бы как следует по спине качка, а заодно и бородатому врезал.

— В Раменское, поселок Дергуново.

— Дом какой? — продолжил я допрос с пристрастием.

— Не знаю, нас неподалеку от поселка ждала тачка. Мы пересадили женщину, которую по дороге связали, в машину, получили алтушки и укатили.

— Нам, кстати, только половину бабок отдали, — вдруг проговорил бородатый. — Потому что половину дела сделали. Мужик-заказчик ругался на нас сильно.

— Что за мужик? — обратился я уже к Рудольфу и, дабы он не обижался, что не уделяю его бокам внимания, ударил по бедру и его.

— Не знаю, — пошевелившись, ответил тот. — Темно было.

— Как можно найти этого мужика? — продолжал я сыпать вопросами.

— Его Андрей Викторович знает, — на сей раз подал голос качок. — Но босс наш мужик конкретный, и к нему лучше не соваться.

— Вот как? — усмехнулся я и тут кое-что вспомнил. Я уже догадался, как можно узнать, где находится Зоя. — Ладно, не буду трогать вашего босса, пусть живет спокойно. Ну, пока, подонки! И привет патлатому и носорогу!

Я с трудом удержался, чтобы не плюнуть на эту парочку, круто развернулся и потопал прочь.

То, что оставил свою машину далеко от клуба, оказалось излишней мерой предосторожности — удирать из ночного заведения на глазах у секьюрити на своей машине мне не довелось.

Когда уселся за руль своего автомобиля, стрелки часов на приборной панели показывали три часа ночи. Не самое подходящее время для телефонного звонка, но иного выхода нет. Достал из одного кармана мобильник, из другого визитку и набрал напечатанный на ней номер. Несмотря на столь поздний час, к моему удивлению, после второго гудка в мобильнике щелкнуло, и сонный мужской голос произнес:

— Да, я слушаю.

— Доброго времени суток. Не сочтите за насмешку за такое пожелание, Владислав Олегович, — промолвил я. — Дико извиняюсь за столь поздний звонок.

— А-а, это вы, Игорь Степанович, — произнес на том конце беспроводной линии адвокат. — Что-то случилось? Нашли Зою Павловну?

Я подавил тяжелый вздох и горестно признался:

— Пока нет. Но надеюсь в скором времени найти и думаю, вы мне в этом поможете.

В трубке установилось молчание, очевидно, Маринов соображал, каким образом он может мне помочь и необременительна ли для него будет эта самая помощь, потом спросил:

— Что я могу для вас сделать?

Однако голос у адвоката был недовольным, словно он заранее таким образом предупреждал, что совершать подвигов во имя Зои не собирается. Но этого делать и не требовалось, обойдемся без героизма со стороны чистюли, хотя за те бабки, что ему платил Шумилин, а позже Зоя, мог бы и погеройствовать.

— Вы ведь вели все юридические дела семьи Шумилиных? — начал я издалека.

— Ну, да, да, — нетерпеливо проговорил Маринов, которому хотелось быстрее узнать, что же мне от него нужно.