Вот классический образец идеологического непонимания друг друга. Ведь этот анекдот многими интерпретируется в антисталинском ключе.

— Почему Ленин ходил в туфлях, а Сталин в сапогах?

— Потому что Ленин обходил непролазную грязь, а Сталин ломился напролом.

Сталин, вытаскивая страну к державному величию, проламывался сквозь внутреннюю разруху и отсталость, продирался сквозь внешние блокады и агрессии в сапогах индустриализации, коллективизации и культурной революции. Вряд ли антисталинисту дано понять, что после этого вождь предстает скорее в комплиментарном виде.

Еще во времена яростной борьбы оппозиционеров против Ленина и Сталина, антипартийные «хохмачи» придумали такой ответ на вышеприведенный анекдотный вопрос: потому что Ленин залил страну кровью по щиколотку, а Сталин — по колено.

Здесь мы сталкиваемся и с изощренными приемами. Наглым образом был переиначен родившийся в народе антисемитский анекдот. В нем дается совершенно другой ответ: потому что Ленин еще мог ходить и чистить Россию в туфлях, ибо евреи успели загадить ее только по щиколотку, а вот Сталину пришлось уже ходить в сапогах…

Сталин не участвовал ни в каких переговорах с Антантой. Да и не было их. Но в одном из образцов народного творчества 1920-х годов Сталин усажен за стол дипломатической встречи именно такого ранга.

Глава делегации Антанты с пафосом произнес:

— Мы предлагаем вам мир!

Сталин от имени большевистской делегации:

— Зачем нам мир? Нам и России хватит. Пока.

Ленин и Сталин после смерти оказались вместе в раю и радовались, что рядом нет Троцкого: в аду пропадает, мол, туда ему и была дорога. Но однажды случайно узнают, что Троцкого в аду нет и никогда не было. Неужели, гад, где-то в раю прячется или вообще жив до сих пор?

Стали выяснять в небесной канцелярии. Архангел долго листал книги учета и тоже переполошился: по спискам Троцкий значится среди покойников, но ни в аду, ни в раю его нет. За такое влетит от господа бога… Стал производить дознание, опрашивать Ленина и Сталина о жизни и деятельности бывшего однопартийца. Мельчайшие подробности выпытывал. Наконец после многочасового разбирательства всплыла интересная деталь.

Накануне своей высылки из СССР, Троцкий на одном из собраний публично поклялся: я был верен партии и никогда не изменял ей, чтоб мне в гробу столько раз перевернуться, сколько раз якобы я предал ее!

— Что ж вы сразу мне об этом не сказали? — обрадовался архангел, у которого от сердца отлегло. — Никуда не делся ваш голубчик. Я его в кабинете всевышнего вместо вентилятора к потолку подвесил. Столько лет беспрерывно крутится…

Незадолго до своей кончины Ленин позвал Сталина.

— Коба, я умираю. Вручаю партию тебе. Но боюсь раскола. Троцкий, Бухарин, Зиновьев с Каменевым, Пятаков… все они ненадежные, интриганы, не уверен, что пойдут за тобой.

Сталин был решителен, что всегда импонировало Владимиру Ильичу:

— Не пойдут за мной — пойдут за тобой.

Впрочем, этот выспренный диалог может быть действительно всего только анекдотом…

После смерти Ленина его вдова Н. К. Крупская некоторое время поддерживала Троцкого и его сторонников. Правда, очень скоро она поняла свое заблуждение. Пока этого не случилось, пока она не отошла от оппозиции, неприглядность ее поведения попахивала предательством. Ведь Ленин органически не выносил Троцкого и лишь вынужденно терпел этого ставленника крупного сионского капитала. Поэтому родился такой анекдот.

Сталин, возмущенный недостойной позицией Н. К. Крупской:

— Передайте ей, что если она не порвет с троцкистами, то мы подыщем Владимиру Ильичу другую вдову.

Басня это или нет, но существуют следующие высказывания Сталина о Крупской после некоторых ее опрометчивых слов и дел:

— Спать с Лениным еще не значит разбираться в ленинизме.

— Спать с вождем еще не значит знать вождя.

Впрочем, антисталинст Н. С. Хрущев в своих воспоминаниях уверяет, что про вдову и вождя — это не анекдоты, а чистая правда. Не соображал, что этим возвышает Сталина, показывая интеллектуальную мощь справедливой сатиры.

На заседаниях Политбюро, откуда еще не изгнали Троцкого, Сталин любил доводить того, рассказывая анекдоты из еврейской жизни. Наконец, Троцкий не вынес намеков «этого недоучки», «этой блестящей посредственности в нашей партии» и потребовал прекратить антисемитские выпады.

— Ладно, — говорит Сталин, — расскажу анекдот из африканской жизни. Отправились однажды на охоту два негра: Абрам и Соломон…

Развязав в партии дискуссию, атакуя сталинский курс на построение социализма, троцкисты издевались, возмущались, кричали: