– Ну, все, – сказал он устало. – Теперь передохнем и можем отправляться дальше по маршруту. Хотя… – Он посмотрел на Алевтину. – Есть ли теперь смысл снимать этот фильм? Ведь старуха рассказала нам, как все было.

– Ты что! – вскинулась Алевтина. – Наоборот! Теперь фильм станет еще интереснее. Ведь у нас появилась еще одна версия гибели группы Пичугина. И не факт, что она соответствует истине. Наш фильм превратится в настоящее документальное расследование.

– Ну-ну, – хмыкнул Игорь. – Вить, а ты куда потопал? – окликнул он удаляющегося оператора.

– Через минуту вернусь, – огрызнулся тот. И громко проворчал: – Отлить уже спокойно не дадут.

– Можешь не торопиться, – с усмешкой сказал ему вслед Игорь. – Я пока расчехлю ружье и подстрелю чего-нибудь к обеду. После вчерашнего дня колбаса и консервы уже в рот не лезут.

Виктор пошел дальше, пролез сквозь кусты и двинулся вперед по сосняку. Отойдя метров на пятьдесят от своих товарищей, он сунул руку в карман и достал скрученный в узелок целлофановый пакетик с чем-то серовато-белым. Развязал узелок и достал щепотку белого порошка. Огляделся, нет ли кого поблизости, а потом запихал порошок в рот и быстро втер его в десны. Поморщился от горечи. Потом, сжав в руке целлофановую скрутку, привалился спиной к толстому стволу сосны и облегченно прикрыл глаза.

– Наконец-то… – сипло прошептал он, когда наркотик начал действовать.

– Какого хрена ты тут делаешь? – рявкнул у Виктора над ухом недовольный голос Мишутина.

Виктор вздрогнул от неожиданности и выронил на землю пакетик.

– Это у тебя что? – подозрительно спросил Мишутин.

Виктор нагнулся, чтобы поднять пакет с наркотиком, но Мишутин сделал шаг вперед и наступил на пакетик ботинком.

– Убери ногу! – яростно проговорил Виктор. – Ну!

Мишутин стоял перед ним и пристально смотрел ему в глаза сквозь стекла затемненных очков.

– Что в пакете? – хмуро спросил он.

– Не твое дело!

– Наркота? Ты что, взял с собой в экспедицию наркоту?

Несколько секунд мужчины стояли лицом к лицу и смотрели друг другу в глаза, словно прикидывая свои шансы на победу в грядущей схватке. Мишутин был на полголовы вышел Виктора. К тому же он был жилист и мускулист, а Виктор – рыхл и мягкотел, как типичный горожанин, не дружащий со спортом и обожающий пиццу и горячие бутерброды.

– Так ты уберешь ногу? – тихо и угрюмо спросил Виктор.

– Уберу, – ответил Мишутин. – Но сначала ты мне расскажешь, что все это значит. Какие у тебя проблемы?

– Хочешь знать, какие у меня проблемы? – Неожиданно Виктор вспылил. – Такие проблемы, какие тебе и не снились! – яростно произнес он. – Думаешь, я просто так поперся с вами в эту чертову тайгу? Повелся на ваши жалкие копейки?

– Если нет, тогда почему?

– Да потому что я в бегах! Моего друга взяли на торговле коксом, а товар он хранил у меня! Я хожу под статьей, ясно тебе?

Мишутин несколько секунд молчал.

– Значит, ты замазан? – выговорил он наконец.

– Да! По самые уши! Так ты отдашь мне пакет?

Мишутин убрал ногу с целлофанового пакетика и отошел на шаг в сторону. Виктор нагнулся и поднял пакетик с земли.

– Лучше никому не рассказывай, – сказал он, выпрямившись. – Хотя мне плевать.

Он сунул пакетик в карман и двинулся прочь. Когда Виктор проходил мимо Мишутина, тот вдруг шагнул к нему, молниеносно обхватил его предплечьем левой руки за шею, а правой резко крутанул ему голову. Раздался хруст сломанного позвонка, ноги Виктора подкосились, и он замертво повалился на жухлую траву.

– Твою мать! – раздался изумленный голос Игоря.

Мишутин обернулся. Игорь стоял в пятнадцати шагах от него, возле засохшего куста бузины, и держал Мишутина на прицеле своего шестнадцатикалиберного МЦ-21.

– Отошел от него! – крикнул Игорь. – Быстро!

– Я его не трогал, – сказал Мишутин. – Он упал. Я нагнулся, чтобы его поднять.

– Хватит меня лечить! Я видел, как ты его убил! Отошел от него! Ну!

Мишутин послушно отошел от трупа Виктора на два шага. Игорь пристально смотрел ему в лицо.

– Кто ты такой? – спросил он. – Говори!

Мишутин поправил пальцем темные очки.

– Я Алексей Мишутин. Ваш реквизитор.

– За что ты его убил? Отвечать!

Внезапно Мишутин усмехнулся и опустил руки. Большой камень, зажатый худой женской рукой, описал дугу и обрушился Игорю на голову. Тот выронил ружье и покачнулся. Кровь из разбитой головы стекла ему на лицо. Он повернул голову и посмотрел на Алевтину. Она все еще сжимала в руке камень.

– Ты? – изумленно прохрипел Игорь. – Почему?