– Сколько тебе было лет? – спросил Дэйв. Они с женой ехали на заднем сиденье.

– По-моему, четыре. А может, и того меньше. Еще у него была привычка: разозлившись, он начинал тереть рукой губы. – Дэн продемонстрировал. – Вам, случайно, не попадался никто с такой же манерой выражать свои чувства?

– Абра, – сразу же сказала Люси. – А я-то считала, что у нее это от меня.

Она подняла правую руку ко рту, потом перехватила левой и опустила на колено. Дэн видел, как Абра делала то же самое, когда они впервые встретились рядом с публичной библиотекой Эннистона.

– Я думала, что и характер у нее тоже мой, – продолжала Люси. – Я ведь бываю иногда… слишком резкой, что ли.

– А я вспомнил об отце, как только заметил, что Абра трет себе губы, – сказал Дэн, – но не придал этому значения, потому что мои мысли были тогда заняты более важными проблемами. А потом забыл.

Ему пришел на память Уотсон, главный механик «Оверлука», который показал отцу ненадежный бойлер в подвале отеля. «Следи за ним, – сказал тогда Уотсон, – потому что давление ползет вверх». Но Джек Торранс в самый ответственный момент забыл о предупреждении. И только по этой причине Дэн остался в живых.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что именно мелкая привычка навела тебя на мысль о нашем родстве? В таком случае ты проявил чудеса дедукции, особенно если принять во внимание, что внешне похожи только мы с тобой, а у тебя с Аброй мало общего, поскольку она унаследовала черты отца. – Люси помедлила в задумчивости. – Но разумеется, вас с Аброй роднит другая семейная черта. Дэйв сказал, вы называете ее сиянием. Вот как ты обо всем догадался, верно?

Дэн покачал головой.

– В год гибели отца я подружился с одним человеком. Его звали Дик Холлоран. Он работал в «Оверлуке» поваром. Дик тоже был наделен даром сияния и сказал мне, что очень многие люди владеют им, пусть и в крайне слабой степени. Он был прав. На своем жизненном пути я встречал немало людей, которые сияли – кто сильнее, кто слабее. Взять, к примеру, того же Билли Фримана. Именно поэтому он сейчас с Аброй.

Джон направил «сабербан» на небольшую стоянку позади дома Кончетты. Какое-то время никто не двигался. Несмотря на тревогу за дочь, Люси заворожил этот исторический рассказ. Дэну необязательно было видеть ее, чтобы понять это.

– Но если не сияние, то что же?

– Когда мы ехали на игрушечном поезде в сторону Клауд-Гэпа, Дэйв упомянул, что ты нашла в подвале у Кончетты некий сундук.

– Да. Сундук моей матери. Я и понятия не имела, что Момо сохранила какие-то ее вещи.

– Дэйв рассказал нам с Джоном, что твоя матушка любила от души повеселиться.

Вообще-то Дэйв рассказал это Абре через телепатический мост, но сейчас Дэн решил, что его новообретенной сводной сестре лучше преподнести другую версию. По крайней мере пока.

Люси метнула в Дэйва полный упрека взгляд, каким обычно одаривают излишне болтливых спутников жизни, но промолчала.

– Он рассказал также, что когда Алессандра бросила университет штата Нью-Йорк в Олбани, она как раз проходила учительскую практику в одной из школ то ли Вермонта, то ли Массачусетса. А мой отец преподавал английский язык и литературу в Вермонте, пока его не выгнали с работы за избиение ученика. Школа находилась в Стовингтоне. По словам моей мамы, он тоже вел тогда разгульный образ жизни. И сегодня, как только я убедился, что Абра и Билли вне опасности, у меня появилась возможность припомнить некоторые даты. Все вроде бы совпадало, но потом я понял, что если кому-то и известна вся правда, то только матери Алессандры Андерсон.

– Она знала? – спросила Люси, подавшись вперед и положив руки на консоль между передними сиденьями.

– Не все, да и времени у нас почти не было. Она не запомнила название школы, где отрабатывала практику твоя мама, но знала, что она находилась в Вермонте. И знала, что у дочери завязался роман с преподавателем, которого назначили ее куратором. По воспоминаниям Кончетты, он писал прозу, причем публиковался. – Дэн сделал паузу. – Как мой отец. Всего несколько рассказов, но некоторые в солидных изданиях вроде «Атлантик мансли». Кончетта не пыталась выяснить его имя, а Алессандра не спешила называть его, но если вы найдете в сундуке ее университетские записи, то, уверен, обнаружите, что ее куратором был Джон Эдвард Торранс.

Он зевнул и посмотрел на часы.

– Давайте пока закончим на этом. Поднимемся наверх. Три часа сна, а потом отправимся на север штата Нью-Йорк. Дороги еще будут свободны, и мы доберемся до места очень быстро.

– Ты можешь поклясться мне, что Абра в безопасности? – спросила Люси.

Дэн кивнул.

– Хорошо. Я готова подождать. Но только три часа. Что же до сна…

Она невесело рассмеялась.

Когда они вошли в квартиру Кончетты, Люси сразу же направилась к микроволновой печи на кухне, установила таймер и показала Дэну. Он понимающе закивал, не переставая зевать во весь рот.