После армии Тихон «приписался» к казакам. Он и впрямь происходил с Дона, хотя жизнь еще его родителей занесла в Сибирь. Малость безбашенный парень, он пошел по «горячим точкам». Судьба словно вела его за руку по всем возможным войнам, благополучно оберегая до времени от серьезных ран. Не говоря уже о гибели. Он прошел через Абхазию, Сербию и Чечню.

Он не скрывал от старого друга, что живет не столько заказами, сколько войной. Где и платят много — уж ему-то! — и разжиться вымороченным добром можно. С одной войны он как раз и привез весьма недурственную сумму, на которую и смог впоследствии начать жизнь бизнесмена, организовав охранную фирму.

Из Чечни, правда, говорил, выгнали — уж больно круты там были казаки. Часто тем самым путая карты федералам, как раз тогда игравшим в не забавные игры под названием «шаг вперед — два шага назад». Но поскольку Тихона ценили за боевой опыт, он так или иначе оказывался необходим различным армейским и другим структурам, чьи поручения исполнял.

Или не исполнял, если не считал нужным. Именно потому не получил заслуженного Героя за тот бой, в котором едва не потерял ногу, но зато спас колонну, упав за пулемет убитого контрактника и выкосив аж два гнезда «духовских» гранатометчиков.

Когда все подуспокоилось и наступила стабилизация, Тихон себя нашел в роли вольного руководителя той самой независимой охранной фирмы, которая конкретно не обслуживала никого, но в частности работала на многих. В том числе и… Это называлось — по контракту. Потому что мирная жизнь плохо клеилась к Тишке. И он быстро переквалифицировал свой поначалу чисто охранный бизнес и стал во главе таких же, как он, «оторв»-казаков, которых бандитами не позволяло назвать только одно обстоятельство: Тихон никогда не работал на криминал. И никогда не выполнял «грязных» заказов. Не говоря уже о «мокрухе»… А те организации, что следовали за предлогом «и», давали иногда необходимое содействие. Или не давали. Но это тоже входило в цену контракта…

Поскольку Серебряков не очень-то задумывался — вернее, вообще не задумывался — о собственной охранной структуре, такой человек, как Тихон Ященко, был для него чем-то вроде «спецслужбы по вызову». И действительно послужил палочкой-выручалочкой в паре сложных ситуаций.

Первое прямое нападение на сеть сбыта Серебрякова произошло возле Смоленска. Матвей, его тамошний доверенный дилер, позвонил из больницы, рассказал, что его фирму у него попытались отобрать чисто бандитскими методами…

— Мне все-таки не удалось от них уйти, Витя.

Матвей выглядел не очень. Но бодрился.

— Там была третья машина. Она приняла меня подальше… впереди. Подошли уверенно, по-хозяйски. А я — раненый… Потребовали полную несуразицу. Что-то вроде платы за транзит. А потом… взяли в оборот. Из-за предприятия…

У Серебрякова ходили желваки на скулах. Сергей, водитель и для этой командировки уж точно охранник, с тревогой смотрел на босса. Всю дорогу он уговаривал только получить информацию и ничего не предпринимать в самом городе.

Серебряков был с этим согласен. Месть то блюдо, которое подают холодным. Но сейчас сдерживаться было трудно. Он переживал за человека, который до последнего пытался отстоять их общие интересы. Пострадал, можно сказать, из-за него.

— Поначалу мне казалось, что это обычные отморозки, — продолжал тяжко Матвей. — Не девяностые годы, все давно поделено… и все в основном играют по правилам. Залетные, думаю… — Он помолчал, тяжело дыша. — Уверен, что залетные. Наших я бы вычислил. Да и юристы у них наготове, нотариусы… А главное — проговорились они… Думали, я не слышу из другой комнаты. Они нового, своего человека к торговой сети «Днепровский» подключают. А тут все знают, что она не местным принадлежит… Москвичам.

Черный автомобиль оттолкнулся от обочины мягко, словно мячик. Оттолкнулся и наискось пошел за Матвеем. Чуть впереди отъехала вторая машина, тоже с литовскими номерами. «Коробочка» была классической…

«Та-ак, приехали. Но не на таковского напали, — решил Матвей тут же, утапливая педаль газа в пол. — Разбираться с вами прямо здесь я не собираюсь. Вот добежим до Орши, а там видно будет».

Жалко, не хватало времени взять трубку и позвонить ребятам, чтобы встретили. Давно ведь говорил себе, голова садовая, что надо эту штучку на ухо купить, с микрофоном, чтобы говорить, не отрывая руки от руля. Хотя… все равно — номер-то набрать тоже сейчас некогда. Руки от руля уже не отпустишь…

Кто бы это мог быть? — плавал вопрос по краю сознания. Вроде бы давно все успокоилось, никому на мозоль они не наступали, на них никто не наезжал. С «крышей» вопрос давно решили, хорошая «крыша», «красная». И годы уже не девяностые… Недавно, правда, казаки какие-то нарисовались. Но после разговора за «рюмкой чая» все поняли, откланялись вежливо и ушли. Так что не то. Поднимать тему вновь они бы сейчас не стали.

Матвей все прибавлял и прибавлял газу, стараясь успеть набрать скорость до пересечения курсов и возможного столкновения. Это только неопытные водилы при угрозе со стороны соседнего агрессивно ведущего себя автомобиля стремятся притормозить, а то и остановиться, наживают проблемы. Но Матвей был водителем опытным. Еще в девяностые занимался перегоном машин через Польшу и Белоруссию, так что в подобных переделках побывал. И прекрасно знал: доберешься до ста шестидесяти — ни один мазурик не осмелится совершать рядом с тобой сложные маневры. Тут малейшая неправильность при повороте руля может стоить головы.