– Мадди, дорогая. Наконец-то! Какая ты роскошная! Должно быть, Гадкий Анри преуспевает!

– Ах, если бы, – рассмеялась Мадди, взяв ее за руку. – Ты вовремя, а у меня такие планы! Надеюсь, ты все выдержишь?

Она с улыбкой осмотрела Плам: на ней были удобные ботинки со шнуровкой.

– Получше, чем у вас, молодая леди! Главное в моем возрасте – комфорт. В этих угольных баржах я смогу пройти много миль. Не то, что ты – на таких каблучищах!

– Не волнуйся, у меня в сумке босоножки. Сегодня будет жарко. О, Плам! Я так рада, что ты здесь! Пойдем на метро, доберемся до галереи Тейта. Ты должна увидеть выставку Генри Мура! А потом пойдем пить кофе. Купим программу выставки и выберем, что мы хотели бы увидеть завтра. Мы прекрасно проведем время!

Проснувшись, Глория увидела силуэт обнаженного Грега в проеме окна отеля за Парк-Лейн. Высокий, стройный, с округлыми ягодицами и широкими плечами. Она улыбнулась и вздохнула. Теперь он мой, мой, мой! Навсегда мой!

Она поверить не могла, как быстро все произошло! Только вчера она была маленькой мисс Ничтожество, таскавшей белье и подносы в отеле «Темпренс», и вот теперь стала миссис Глорией Берн, женой успешного бизнесмена!

Он сделал предложение как-то вечером, совершенно неожиданно, после танца. До этого они даже толком не целовались и вдруг помчались в бюро регистрации, таща за собой Чарли и Хилари в качестве свидетелей. Все было сделано за несколько минут: без суеты, без особых расходов. Скромная свадьба. Она была слишком ошеломлена, чтобы впасть в истерику по поводу отсутствия венчания и белого наряда. Лучше ковать железо, пока горячо!

И какая разница, если на ее безымянном пальце сверкает рубин? Сейчас они проводят медовый месяц в Лондоне. На самом деле всего одна неделя ужинов и развлечений. Они стерли подметки на раскаленных тротуарах столицы! Все, о чем она мечтала, сбывается! Вот это жизнь!

Грегори был внимателен, заботлив, посвящал ее в радости секса, словно она была девственницей. Она разыгрывала невинность, но делала вид, будто своим умом дошла до некоторых трюков, и, в свою очередь, показала их мужу.

– Так хорошо? – шептала она, и он стонал от удовольствия.

– Тогда сделай то же со мной, – приказывала она, и он повиновался. Она кричала так, что он наслаждался еще сильнее.

Каждую ночь после работы они мчались домой, чтобы поскорее завалиться на кровать и разделить блаженство плоти.

– Ты просто необузданная, – качал головой Грег. – Но такая естественная! Должно быть, все дело в рыжих волосах.

– Тогда сделай это еще раз! – бросала она вызов, и Грег его принимал.

Как он отличался от Кена, с его коварной тактикой и грязными штучками. Грег был ее рабом, а она обожала его красивое тело, волосы, падавшие на лоб, когда они не были смазаны бриллиантином. Наконец она в полной безопасности! Теперь, когда она замужем, ничто не может ее затронуть. Кен никогда ее не найдет, власть Мадди давно прошла. Все просто идеально!

– Что будем делать сегодня? – спросил Грег.

– Останемся в постели, – ухмыльнулась Глория.

– Жаль зря тратить день, уж очень хороший! Пойдем, как и хотели, на «Фестиваль Британии»!

– Там скучно… все эти очереди… вернемся в постель. Она такая мягкая.

– Хотелось бы увидеть фестиваль. Я столько о нем читал! И это полезно для бизнеса. А потом отправимся в Баттерси-парк, развлечемся немного. Я угощу тебя роскошным ланчем. Нельзя пропускать Большую выставку. Там есть транспортный павильон. Это нужно для бизнеса.

– Я думала, мы договорились: в медовый месяц никакого бизнеса. Но тебе обязательно нужно смотреть на машины! – надулась Глория. – Мне все это наверняка быстро надоест.

– Ничуть не надоест. Подумай, каких только знаменитостей там не увидишь! Будет полно шикарно разодетых кинозвезд. Надень свадебный костюм и шляпку, и я буду тобой гордиться, – уговаривал он.

В этом вся беда с Грегом. На первом месте бизнес, второе она делила со спортивными машинами. Он все время думал о работе, постоянно читал, планировал, рассчитывал на десять ходов вперед. И только в постели она умела отвлечь его от этих мыслей. Кому нужны его книжонки, когда она готова и жаждет его развлечь?

Глория бросила в него шлепанцем.

– Ой! Дьяволица! – фыркнул он.

Она распахнула объятия, и он с разбегу прыгнул на нее.

– Какой ты тяжелый! – пожаловалась она.

– Так тебе и надо!

– С чего хочешь начать, тетя Плам? – спросила Мадди, изучая карту расположения павильонов Фестиваля на Саут-Бэнк в программке. Стояло прекрасное июньское утро, и день обещал быть прекрасным. Уже завтра Мадди приступит к работе и станет примерять шедевры лучшего британского дизайнера. Хотя мистер Анри, наполовину француз, наполовину венгр, сбежал от фашистов во время войны, самые блестящие его работы были созданы в ателье на Кавендиш-сквер.

Мадди оглядела огромные современные здания, воздвигнутые среди разбомбленных руин Ламбета. Бетонные гиганты были украшены флагами и знаменами, и сердце Мадди наполнилось гордостью при виде такого величия. Плам, продолжавшая придерживаться деревенского комфорта, не расстававшаяся со своей удобной обувью, платьем в цветочек и связанным вручную кардиганом, была поражена не меньше Мадди.

– Выбирай первой, – улыбнулась она, рассматривая странный павильон Льва и Единорога с волнистой крышей. – Выглядит, как рифленое железо.