Шрифт:
— Извините, — сказал Амундсен и, понимая, что вопрос глупый, на всякий случай осведомился: — Вы говорите по-английски?
— Да, — ответил Кагот. — Правда, не очень хорошо.
— По-моему, неплохо, — похвалил Амундсен. — Где же вы научились языку?
— Я плавал на американской шхуне.
Амундсен всмотрелся в лицо туземца. Теперь он видел, что человек этот довольно молод, но кажется старше из-за темного цвета лица, здешние люди никогда не утрачивают морозного загара, к которому в летнее время добавляется еще и загар от незаходящего солнца. Взгляд у человека был серьезный, пытливый, и Амундсен вдруг почувствовал неловкость оттого, что вместо ответа на заданный вопрос он сам стал спрашивать Кагота.
— Мы совершаем научное путешествие по Северо-Восточному проходу [5] . Это большой путь, и начали мы его еще в прошлом году от берегов нашей родины, Норвегии, — заговорил Амундсен, сомневаясь, однако, понимают ли его туземцы.
Но туземцы внимательно слушали то, что вполголоса переводил им Кагот.
Амундсен никак не мог привыкнуть к тому, что обитатель яранги понимает и говорит по-английски, и все время испытывал какую-то неловкость, хотя и понимал, что ничего сверхъестественного тут нет.
5
Северо-Восточный проход — проход из Атлантического океана в Тихий по морям Северного Ледовитого океана, вдоль евразийского побережья.
— В такое позднее время корабли обычно сюда не приходят, — обратился Кагот к Амундсену.
— Мы хотели достичь этим летом Берингова пролива, да вот не успели, — грустно произнес Амундсен. — Придется нам здесь зазимовать… Скажите, а далеко ли отсюда до других селений?
— Далеко, — ответил Кагот и добавил: — Но скоро мимо нашего селения поедут торговцы. Одни едут с Колымы в Уэлен, другие — в обратную сторону. Движение начнется, как только установится твердый нартовый путь, хорошо укрепится припай и замерзнут устья рек.
Гости с корабля переглянулись.
— Надо разузнать о радиостанции, — сказал Хансен.
— Есть ли здесь поблизости радиостанция? — спросил Амундсен, не будучи уверен, что Кагот его правильно поймет.
Но, обменявшись несколькими словами с Амтыном, тот сказал:
— Радио может быть в Нижне-Колымске, отсюда на запад. Или же в Ново-Мариинске, в устье Анадыря…
Амтьн еще что-то сказал, и Кагот добавил:
— Там же есть и церкви, если вам надо наладить общение с вашими богами.
Амундсен улыбнулся и сказал:
— Пока мы в этом не нуждаемся… Нам бы хотелось знать: не будете ли вы и ваши соседи возражать, если мы останемся здесь на зимовку?
— Можете жить, где вам понравится, — ответил через Кагота Амтын. — Выбирайте любое место около берега. Зимой здесь тихо, лед стоит прочно и сильных подвижек не бывает.
Трапеза закончилась чаепитием. Все время, пока продолжался мужской разговор, женщина только подавала еду, а ребятишки с величайшим вниманием следили за поведением неожиданных гостей, ловили каждое их движение. Они не впервые видели морских тангитанов [6] , но каждое их посещение было таким запоминающимся событием, о котором потом долго говорили, вспоминая каждую подробность.
6
Таигитан — чужеземец.
— Значит, вы утверждаете, что вскоре мимо вас проследуют путники? — спросил Амундсен, осушив предназначенную для почетных гостей большую фарфоровую чашку явно китайского происхождения.
— Это будет совсем скоро, — ответил Кагот.
— А вы получаете известия о том, что происходит в России? — осведомился Олонкин.
Амтын, выслушав вопрос, что-то долго говорил.
— Мы вообще плохо различаем тангитанов. Которые из них российские, а которые американские — нам трудно понять, — произнес наконец Кагот. — Но мы слышали, что Солнечный владыка свергнут.
— А у вас произошли какие-нибудь изменения в связи с этим? — продолжал интересоваться Олонкин.
Кагот твердо сказал:
— В нашей жизни никаких изменений не произошло.
— Разве здесь нет представителей власти? — спросил Амундсен. — Я слышал, что в Уэлене, во всяком случае, до моего отплытия из Христиании, находился то ли урядник, то ли исправник. Так мне было сказано в русском посольстве.
— Нам об этом ничего не известно, — ответил Кагот.
Напившись чаю, гости стали собираться в обратный путь.
Амтын с Каготом провожали их до спуска на лед. Здесь они попрощались, и тангитаны осторожно зашагали по тонкому молодому льду к своему кораблю.
2
Вернувшись в ярангу, Амтын возбужденно сказал Каготу:
— Считай, что морские боги послали нам удачу.
Кагот с удивлением посмотрел на него.
— Да, да, это великая удача! — повторил Амтын. — Это даже больше, чем если бы на наш берег выбросило кита! Представить себе невозможно, чтобы возле нашего Еппына зазимовал тангитанский корабль, набитый разными товарами! Эх, жаль, что у меня маловато пушнины! И зачем я отдал прошлогодних песцов Кибизову!