— Да, я слыхал, — заместитель управляющего, — кивнул Клюев. — Ладно, Николаич, нам так не жить, как выражаются. Слушай, а вот тот, второй, которого ты с полчаса назад «отрубил» — что ногами махал, вроде бы достаточно «продвинутый» кикбоксер. Он даже на каком-то чемпионате призером был. А ты говоришь: форма не очень.

— Ты-то откуда знаешь, что он кикбоксер?

— Наверное, случайно, — подмигнул Клюев. — Много случайностей в нашей жизни присутствует. Тебя вот я совершенно случайно встретил.

Бирюкову что-то не понравилось в его ответе, показалось ему, что Клюев в чем-то солгал: то ли в том, что ему знаком кикбоксер, то ли в том, что он совершенно случайно оказался поблизости от места происшествия.

Впрочем, если Клюев говорил правду, это его устраивало еще меньше — случайности для него, Бирюкова, были зачастую роковыми, особенно в последнее время.

— Ну, а тот амбал толстый — про него ты тоже что-нибудь знаешь? — спросил он Клюева.

— Откуда? Много сейчас развелось разных охранников и телохранителей. Поди разберись — охраняют они своего хозяина или «доят» его, получая доходы больше его. А кикбоксера мне физиономия знакома.

— Ага, понятно, — кивнул Бирюков. — Спасибо, Женя, за гостеприимство, но мне пора, — он взглянул на часы.

— Телефонами не хочешь со мной обменяться, Николаич? Может, захочешь все же проветриться...

— Что же, это с превеликим нашим удовольствием.

Он позвонил Клюеву очень скоро, через два дня, в душе поиронизировав над собой относительно гнилой романтики.

Клюев, как ни странно, оказался дома, несмотря на то, что было около двух пополудни.

— Очень ты кстати позвонил, — сказал Клюев. — Если у тебя есть время и настроение, то жду тебя в семнадцать ноль-ноль...

Он назвал место. Бирюков решил, что время и настроение у него присутствуют. Взял на кухне небольшую табуретку и, поставив ее перед шкафом в прихожей, вытащил из верхнего ящика все свои «доспехи». Кимоно? Нет, пожалуй. Что-то подсказывало ему — в кимоно он будет выглядеть неуместно, чужеродно, как, например, выглядит сейчас пожилой человек, облачившийся в костюм по моде своей молодости. А вот спортивный костюмчик, хоть и заношенный до ветхости, да старые кроссовки будут выглядеть вполне нейтрально — мода на все времена.

На условленном месте Бирюков появился за пять-семь минут до назначенного времени и решил прогуляться. Он отошел от перекрестка на несколько десятков метров, когда вдруг рядом с ним затормозил черный «Мерседес». Бирюков быстро начал перебирать в уме варианты последствий — вторая иномарка за несколько дней, но задняя дверца распахнулась, оттуда высунулся Клюев и позвал:

— Прыгай, Николаич.

Бирюков, даже не успев удивиться, последовал приглашению.

Сегодня на Клюеве была штормовка — тоже какого-то специфического образца, как определил про себя Бирюков. А молодой человек за рулем «Мерседеса», против бирюковского ожидания, оказался одетым не в кожаную куртку, не в гладкий «Адидас» или «Пуму» плюс высокие кроссовки, а в нечто очень неприметное и неброское.

Ехать пришлось совсем недолго, но чтобы самостоятельно найти вход в спортзал, Бирюкову пришлось бы изрядно потрудиться.

— Да, места здесь тихие, — словно в унисон размышлениям Бирюкова подтвердил Клюев.

Бирюков покачал головой. Это всего вторая их встреча, а он уже в который раз замечает, что Клюев вроде бы специально прослеживает ход его мыслей. Конечно, сделать это несложно — например, хотя бы сейчас, когда любой начнет делать предположения относительно того, как может использоваться здание этого ДК, расположенное в тихом месте, хотя и недалеко от центра, и почему его, это здание, не отремонтировала, не подмарафетила, не приспособила под свои нужды какая-нибудь коммерческая структура, как их теперь называют.

В полутемном зале на втором этаже, где Бирюков оказался восьмым — считая водителя и Клюева — он убедился в правильности выбора своей экипировки. Да, в кимоно он выглядел бы кричаще бестактно. Что-то у них тут свое, несколько специфическое, хотя его, Бирюкова вообще-то трудно чем-то удивить. «Ниндзя они, что ли?» — подумал он, рассматривая снаряды, которыми был оборудован зал. Кто-то хорошо потрудился. Для чего, к примеру, нужно вот это кольцо, подвешенное на трех веревках почти под потолком? Канатов, шестов, веревочных лестниц не меньше десятка.

После первых десяти минут тренировки Бирюков ощутил то же чувство, что и лет двадцать назад, когда его, впервые попавшего в борцовский зал, всласть волтузили более опытные, более сильные, более выносливые. Чувство можно было выразить одной фразой: когда все это закончится? Или: как надолго меня хватит? Бирюков сразу вспомнил, что ему уже сорок лет, что в последние три года он, если быть честным, почти не уделял внимания своей физической форме, что спиртным он за последнее время тоже злоупотреблял.