Сикст, улыбаясь, качал головой. Снизу снова донесся шум: мощная пила с аппетитом вгрызалась в дерево. Ломбок уже успел выяснить, что современные средства обработки древесины не позволяют получать нужную фактуру спила. Еще он узнал, что в доме находится целая бригада рабочих: столяры, резчики по дереву, подмастерья.

Затянувшееся молчание становилось напряженным.

— Я видел одну работу Майкла в сувенирной лавке в космопорту. Я горю от нетерпения встретиться с ним. Он?..

— Да-да, разумеется. Майкл будет рад познакомиться с вами. — Кармен озабоченно подняла взгляд, — Наверное, он сейчас работает у себя.

Джейлинксы провели Ломбока по лестнице наверх, затем по длинному коридору. Сикст, забрав у землянина чемодан, по пути занес его в полутемную спальню, пахнущую свежевыструган-ными сосновыми досками. Внутренняя отделка дома, как и наружная, была выполнена в подчеркнуто сельском стиле.

В конце коридора находились несколько массивных неотделанных дверей, одна была чуть приоткрыта. Кармен, осторожно толкнув ее, первой заглянула в комнату.

— Майкл? У нас гость. Он хочет с тобой познакомиться.

Комната была очень просторная, хотя служила одновременно и спальней, и мастерской. Освещена она была словно витрина ювелирного магазина. В дальнем углу под широким незашторенным окном, теперь, с наступлением ночи, зияющим чернотой, стояла незаправленная кровать с огромными подушками.

У двери вдоль стены протянулся верстак, заваленный инструментами для обработки дерева и материалом. У верстака, взгромоздившись на табурет, сидел мальчик десяти-одиннадцати лет с длинными бесцветными волосами. Услышав слова матери, он повернул к гостю строгое лицо.

— Здравствуйте, Майкл, — сказал Ломбок.

— Здравствуйте.

Голос у мальчика был слабый и невыразительный. Волосы его были не столько светлые, сколько выцветше-пыльные. Узкое вытянутое лицо и большие широко раскрытые глаза придавали ему хрупкий болезненный вид, однако Майкл, смело взглянув Ломбоку в глаза, крепко для своих лет пожал ему руку. Он был босиком, в пижаме, обсыпанный с ног до головы стружками и опилками.

— О, Майкл! — воскликнула Кармен. — Ну почему ты не переоделся? Мистер Ломбок решит, что ты болен и не можешь... Дорогой, как ты смотришь на то, чтобы отправиться в далекое путешествие?

Майкл сполз с табурета и встал, лениво потирая одну ногу пяткой другой.

— Куда?

— На Землю, — ответил Ломбок, разговаривая с ним как со взрослым. — Я уполномочен предложить вам учебу в Академии.

Брови Майкла едва заметно взметнулись вверх — и тотчас же его лицо растянулось в улыбке десятилетнего подростка.

Десять минут спустя взрослые сидели на террасе. Легкое дуновение инфракрасных волн от невидимого источника отгоняло вечернюю прохладу; бесшумно подкативший робот подал напитки.

— Должно быть, вы гордитесь Майклом, — заметил Ломбок, потягивая коктейль и внимательно следя за собеседниками.

— Так, словно мы его биологические родители, — вмешался Сикст. — Разумеется, мы с женой тоже резчики по дереву. В центре усыновления проделали большую работу по генетическому подбору.

Сделав еще один глоток, Ломбок осторожно поставил стакан.

— Я понятия не имел, что Майкл вам не родной сын, — солгал он, притворяясь заинтересованным.

— Но это так. Разумеется, он все знает.

— Знаете что... мне только что пришло в голову... Можно задать один вопрос личного характера?

— Пожалуйста.

— Понимаете... Вы никогда не предпринимали попыток установить, кто родители Майкла, что с ними сталось?

Хозяева покачали головами.

— Сам премьер Альпина не сможет выжать из центра усыновления ни крупицы подобной информации, — заверил гостя Сикст. — Разумеется, истории болезней родителей выдаются по первому требованию — из соображений заботы о здоровье ребенка, но все остальное хранится за семью печатями.

— Ясно, — задумчиво протянул Ломбок. — И все же, думаю, мне стоит попробовать. Видите ли, наш заместитель директора разрабатывает теорию о взаимосвязи образа жизни родителей и артистических дарований их детей. Центр усыновления находится здесь, на Альпине? Надо будет завтра туда наведаться.

— Он в Ледник-Сити. Но у вас вряд ли что-либо получится.

— Согласен, надежда очень маленькая, но по крайней мере я отчитаюсь перед начальством, что сделал все возможное. Утром я слетаю в Ледник-Сити. Да, насколько я понял, вы принимаете предложение?