Повернув голову, капитан посмотрел на него долгим взглядом, но не сказал ни слова.

Немного смутившись, Миллер поразмыслил, а затем поправился:

— Теперь я вижу проблему более полно, сэр. Вы не можете сделать этого. Если один из них на самом деле несет космический инвертер, нельзя задерживать его ни на минуту. Флот берсеркеров может материализоваться с минуты на минуту, а уж в ближайшие шесть-восемь часов наверняка. Нам удастся разве что наносить кинжальные удары во время одиночных выпадов, когда это случится. Наш флот до завтра сюда не поспеет. Колонии нипочем не выжить за это время, если не установить космический инвертер.

— Правильно. Даже если я пошлю вперед быстроходный катер, чтобы команда поднялась на борт этих судов для осмотра, любая задержка подвергает колонию недопустимому риску. И это не все, Второй. Скажи мне вот что: допустимо ли предположить, что это просто какое-то недоразумение и в обоих судах на самом деле находятся люди?

— Ни в коем случае, — решительно ответил Второй. — Оба утверждают, что везут космический инвертер, а такого быть не может. Эти штуковины не заказывают и не производят парами и тройками, а поскольку оба утверждают, что они с Эстила... Следующий вопрос: не могут ли обе наши цели быть берсеркерами? Скажем, они пытаются сыграть на наших нервах, чтобы мы пропустили одного из них. Я все стараюсь связаться с Землей, выяснить, не могут ли они пролить хоть немного света на этот вопрос. — Миллер снова повернул свое массивное кресло к пульту.

— Хорошая мысль.

— Еще одно послание с корабля, назвавшегося «Этрурией», мостик, — раздался у них в наушниках голос поста связи.

— Давайте на экран.

«ПОВТОРЯЮ КОЛОНИЯ ГОВОРИТ ШЛЮПКА ТАКЖЕ УТВЕРЖДАЕТ ЧТО ТАМ ЛЮДИ ТЧК НАВЕРНОЕ ЭТО БЕРСЕРКЕР КРАЙНЕ ВАЖНО ЧТОБЫ ВЫ ЕГО ОСТАНОВИЛИ ЧЕМ Я МОГУ ДОКАЗАТЬ ЧТО ЧЕЛОВЕК ВПР ПОВТОРЯЮ МЕНЯ ЗОВУТ МЕТИОН ЧОНГДЖИН Я НА БОРТУ ОДИН ЖЕНА И ДЕТИ ДОМА НА ЭСТИЛЕ ЕСЛИ ЭТО ДЛЯ ВАС ЧТО-ЛИБО ЗНАЧИТ ТЧК ПОВТОРЯЮ ЧЕМ Я МОГУ ДОКАЗАТЬ ЧТО Я ЧЕЛОВЕК КОНЕЦ СВЯЗИ*.

— Все просто, отец человеческого дитяти, — пробормотал себе под нос капитан Ляо. — Напиши пристойную симфонию в ближайшие минут сорок.

Примерно столько времени осталось до того, когда хотя бы одно из судов доберется до планеты. Ляо лихорадочно размышлял, пытаясь придумать возможные проверки, но ни к чему не мог прийти. Мощь берсеркеров ужасающа, и не только физическая мощь боевых машин, но и вычислительная. При тщательном изучении их подделки человеческой внешности или человеческого поведения критической проверки не выдерживают, но вряд ли даже армия психологов за несколько дней сможет наверняка определить, говорит ли с живым человеком или лживым берсеркером, если тот отвечает на их вопросы азбукой Морзе.

Время шло. Мчась сквозь безмолвие и почти полную пустоту космоса со скоростью многих километров в секунду, символы кораблей мало-помалу меняли свое положение на огромной голографической проекции мостика.

— Еще одна передача со шлюпки «Вильгельмина», капитан.

— Дайте ее на верхнюю половину экрана, пожалуйста. А все, что придет с «Этрурии», давайте в нижнюю.

«ЗДЕСЬ ГЕНРИ И ВИНИФРИД КОЛОНИЯ ГОВОРИТ НАМ ЧТО ДРУГОЕ СУДНО УТВЕРЖДАЕТ ЧТО С ЭСТИЛА НЕСЕТ ОБОРОНИТЕЛЬНЫЕ КОМПОНЕНТЫ И ТРЕБУЕТ ПОСАДКИ ТЧК ОНО НАВЕРНЯКА ВРЕТ ОНО БЕРСЕРКЕР МОЖЕТ ТОТ САМЫЙ ЧТО АТАКОВАЛ НАШ КОРАБЛЬ ДВА ДНЯ НАЗАД...»

Далее в послании, несмотря на некоторые несущественные отступления от темы, излагался связный рассказ. «Вильгельмина» (если верить рассказу) была межзвездным лайнером, взявшим группу студентов в увеселительную прогулку по получении дипломов. Где-то на окраинах звездной системы индустриальной планеты Эстил к «Вильгельмине» приблизился курьер, направляющийся к Мейтнеру, и попросил « В и л ьгел ьм и ну», а фактически откомандировал ее для завершения курьерской миссии. Берсеркеры преследовали курьер и уже сурово повредили его.

«...И МЫ НАПРАВЛЯЛИСЬ СЮДА С ИНВЕРТЕРОМ КОГДА ОДИН ИЗ БЕРСЕРКЕРОВ СНОВА ПОЧТИ НАГНАЛ НАС ДВА СТАНДАРТНЫХ ДНЯ НАЗАД ТЧК ВИЛЬГЕЛЬМИНА ПОДВЕРГЛАСЬ ЖЕСТОКОМУ ОБСТРЕЛУ ВЕСЬ ЭКИПАЖ ПОГИБ МЫ ЕДИНСТВЕННЫЕ ОСТАВШИЕСЯ В ЖИВЫХ ДВОЕ СТУДЕНТОВ ИСТОРИКОВ НАМ БЫЛО ЖУТКО ТРУДНО ЗАНИМАТЬСЯ АСТРОГАЦИЕЙ НО МЫ СПРАВИЛИСЬ ТЧК ЖИЛИ В ШЛЮПКЕ И РАБОТАЛИ В ИЗРЕШЕЧЕННОМ КОРАБЛЕ В СКАФАНДРАХ ВЫ НЕ СМЕЕТЕ НАМ ПОМЕШАТЬ ТЕПЕРЬ ПОСЛЕ ВСЕГО ЧТО МЫ ПРОШЛИ ТЧК ВЫ ДОЛЖНЫ УНИЧТОЖИТЬ БЕРСЕРКЕРА МЫ ДОБЕРЕМСЯ ДО ПЛАНЕТЫ РАНЬШЕ ЕГО ПО-МОЕМУ НО ОН УСПЕЕТ РАЗБИТЬ КУПОЛ ДО УСТАНОВКИ ИНВЕРТЕРА ТЧК МЫ БУДЕМ ПРОДОЛЖАТЬ ПЕРЕДАЧУ ПОКА НЕ УБЕДИМ ВАС ЧТО МЫ ЛЮДИ...»

Сообщение с шлюпки продолжалось теперь несколько более однообразно. И в то же самое время в нижней половине экрана побежали новые слова с «Этрурии»:

«Я ПЫТАЛСЯ ПЕРЕХВАТИТЬ ШЛЮПКУ БЕРСЕРКЕРА И РАССТРЕЛЯТЬ ЕГО НО Я НЕ В СОСТОЯНИИ ЗПТ ПРЕДОСТАВЛЯЮ ЭТО ВАМ ТЧК ОСТАНОВИТЕ ЕГО ТЧК ЧЕМ Я МОГУ ДОКАЗАТЬ ЧТО Я ЧЕЛОВЕК...»

Второй пилот тихонько вздохнул, гадая, хочет ли он вообще получить корабль под собственное командование.

— Связь, передайте следующее, — приказал капитан. — Велите обоим продолжать говорить, рассказывая свои биографии. Рождение, семья, образование, работа. Велите им постараться, если они хотят жить. — Он выстучал на кнопках подлокотника заказ на чай, и секунду спустя перед ним из маленькой дверцы выскочила чашка горячего чая с крышкой и трубочкой для питья. — У меня есть идея, Второй. Вы займитесь изучением истории, излагаемой так называемым эстильским космоплавателем Метионом Чонгджином, придумайте место, где вы могли с ним встретиться. Мы выдадим вас за его старого друга, поглядим, как он выкрутится.