— Может, свое пиво вы и любите холодным, мистер, а вот как насчет женщин? Какими вы их любите? Холодными или… — выдержав короткую, но недвусмысленную паузу, голос докончил фразу, — или все-таки горячими?

Последнее слово было произнесено со страстным придыханием. У Эндрюса перехватило дыхание от явного приглашения, звучавшего в голосе женщины. Он повернулся. Перед ним стояла, несомненно, самая красивая женщина в мире. Рыжеволосая, зеленоглазая, с высокой соблазнительно выставленной на всеобщее обозрение грудью… Переспать с ней — мечта любого мужчины.

Эндрюс забыл о споре с хозяином салуна, пожирая глазами стоявшую перед ним красотку.

— Женщин своих я люблю горячими, — ответил он. Жар прилил к его чреслам, когда он представил себя с ней наверху.

— Я надеялась, что вы так и скажете, — проговорила с придыханием Далила, помедлила, посмотрела ему прямо в глаза и провела язычком по нижней губе, — потому что я вся горю.

Он захохотал, обвил рукой ее тонкую талию и притянул Далилу к себе.

— По-моему, милашка, ты именно то, что мне сегодня нужно.

— О да! Я именно то, что нужно. — И она, томно вздохнув, прильнула всем телом к нему.

Эндрюс не знал, почему фортуна решила улыбнуться ему, но выяснять это не собирался. Самая красивая девушка этого салуна готова провести с ним ночь, и он не сваляет дурака. Давно у него не было возможности расслабиться и по-настоящему насладиться женщиной.

— Пойдем. — Он потянул ее за собой.

Далила улыбнулась ему своей самой обольстительной улыбкой.

— А ты не хочешь сначала допить свое пиво?..

— Единственное, чего я сейчас хочу, это тебя. Как твое имя, милашка?

— Далила.

— Это имя тебе подходит. Первая Далила, библейская, была соблазнительницей, заставлявшей мужчин забыть обо всем.

— Интересно: а я смогу заставить тебя забыть обо всем? — Она обвила его за шею и подняла глаза. Невинные-невинные.

— Уж поверь, — произнес он охрипшим голосом, в то время как руки шарили по ее телу.

Далила позволила ему на миг эту вольность, а затем игриво отпрянула, но лишь настолько, чтобы он мог легко дотянуться.

— А как зовут тебя, мистер?

— Меня зовут Хэнк, и сегодня мы с тобой отлично проведем время. — Он сгреб ее в объятия и жадно поцеловал. — Пойдем, устроим себе вечеринку для двоих. — И, не отпуская ее, он двинулся по лестнице наверх.

— Когда я увидела тебя, то с ходу поняла, что ты именно тот, кого я ждала… мужчина, которого я хочу.

— Тут ты не ошиблась, детка.

Далила провела его наверх, в самый конец коридора, где находилась ее комната. Когда они проходили мимо некоторых дверей, звуки, раздававшиеся за ними, говорили, что наверх они поднялись отнюдь не первые.

— Вот и пришли, — сказала она, отпирая замок.

Хэнк первым вошел в распахнутую дверь и, еле дождавшись, когда она задвинет засов, накинулся на нее и стал бурно целовать.

Далила умело разжигала его страсть. Ее пальцы торопливо расстегивали на нем рубашку. Ей хотелось, чтобы он поскорее разделся и очутился в кровати. Она так долго этого ждала! Чересчур долго!

— А ты горячка. Это точно! — бормотал Хэнк, помогая ей стаскивать с себя рубашку.

— Я тебя хочу. Мне кажется, я ждала тебя вечность. — Она отшвырнула рубашку и пробежалась пальчиками по его широкой груди. — Ты ведь тоже хочешь меня? Разве нет?

— Можешь пари держать, крошка. Ну-ка, поди сюда… — Он потянулся к ней, но Далила попятилась от него к постели.

— Нет. Не сразу. — Она улыбнулась, не разжимая губ. — Ты уже здесь. Сейчас ты будешь там, где я хотела тебя видеть. — Она уселась на кровать и приглашающе похлопала по ней.

Хэнк застонал от переполнявшей его страсти. Он бросился к кровати, на ходу снимая пояс с пистолетом и пытаясь избавиться от брюк. Непослушными пальцами он с трудом расстегнул пряжку брючного ремня.

Далила с улыбкой наблюдала за его усилиями и чарующим смехом встретила его успех.

Одетый лишь в нижнее белье, он приблизился к ней и толкнул, укладывая на постель.

— Да, черт возьми, — произнес он голосом, осипшим от желания.

В своем нетерпении он был груб, его руки елозили по ее телу, хватая, сжимая, ощупывая каждую частичку. Но когда он попытался расстегнуть на ней платье, она выскользнула из-под него и спрыгнула с постели.

— Что за штучки? — раздраженно сказал он. Ему вовсе не хотелось играть в какие-то дурацкие игры. У него давно не было женщины, и сейчас ему нужно только одно: ее жаркое тело под собой.