Двенадцатого ли? После того, как очистились каналы, проводящие магию в моем теле, явно я стал сильнее, и теперь мой уровень…хмм…очень высок, да. Тьфу! О чем я думаю! Как Бордонар уже стал – по любому поводу научные рассуждения. А тут надо просто решить с этими тремя девчонками – жить им, или умереть. Просто! Вот это ни хрена себе – просто – жить, или умереть! Ну я стал и…»

– Ну что же…я принял решение…

В комнате повисла не просто тишина, она стала звенящей, осязаемой, ее можно было потрогать, и эта тишина гудела, как натянутая тетива.

– Я решил, что прощаю вас.

Вздох, волна облегчения, радости, любви, обожания и щенячьего восторга.

– Но ваши жизни теперь принадлежат мне. Пока я не решу, что вы искупили свою вину. А может я и никогда не решу, что вы искупили, и будете служить мне до конца жизни. Готовы ли вы на такое?

– Готовы, конор! – нестройно сказали наказанные девушки – мы служим тебе столько, сколько тебе нужно. Мы умрем за тебя!

– А со мной что, конор? – спросила Хелда, не поднимая голову – ты же вызвал меня, чтобы наказать? Ты не прощаешь меня?

– Хмм…прощаю – нашелся Нед, который вызвал Хелду только для одного – посоветоваться насчет ее подчиненных. Но раз она сама лезет в ярмо – почему и нет? Она вбила себе в голову, что виновата – плохо командовала подчиненными. Впрочем – так оно и было.

– На тех же условиях, что и остальные. Согласна?

– Да! – Неда обдала волна чистой радости, восторга, и Нед снова затрепетал под напором чужих эмоций, матерно выругавшись про себя и решив потренироваться с перекрыванием потока чужих чувств. Эдак – жить невозможно будет, если каждый человек наполнит его своими эмоциями, как пустой сосуд. С ума так сойдешь.

– Раз согласны – слушайте мой приказ! Встать, дать себя вылечить, потом идти в мойню – отмыть грязь и кровь. Ужинать. Отдыхать. И приступать к своим обычным обязанностям. Все ясно?

– Ясно, конор! – откликнулись «преступницы», не вставая с колен, и по щекам двух из четырех девушек потекли слезы, оставляя размытые дорожки на окровавленных щеках, падая на обнаженную грудь, волей-неволей притягивающую взгляд Неда.

«Может я стал каким-то маньяком? Такой торжественный момент, а я впериваюсь в их сиськи! О! А теперь в их ляжки! Кстати – классные ляжки-то… Тьфу! Кого сегодня взять в постель? Может Гелду? Она такая страстная… А если Хелду? С ней вроде Харалд спит…так-то он скорее всего не обидится, но кто знает? Зачем обижать друга? Или кого-то еще взять? Вот…не знаю даже – как назвать себя! Когда-то мечтал подержаться за женскую грудь, а теперь – в женщинах как в сору роюсь. И замечу – в любящих женщинах. И никак не могу выбрать… Когда чего-то слишком много, даже вкусного – это не очень хорошо. Заедаешься. Хех! А может сразу две взять! А если три – слабо, Нед Черный?! А всех десять?! Ой-ей, не помереть бы от таких усилий! Да ладно – хватит дурью маяться…»

– Гелда – придешь ко мне вечером. Не против?

– Как я могу быть против, конор?! Спасибо тебе! За все спасибо! (Восторг, счастье, гордость и ехидство – вас не взял, а меня взял! Зависть подруг, надежда…)

«Точно, я маньяк! Проверить себя нужно, представить – может мне нравится мучить женщин, пытать их? Брррр… Вроде нет. Нет – точно не нравится. А что же тогда? Откуда у меня такое сладострастие? Одержим демоном, как у нас говорят? Хе-хе…да я сам почти демон! Хотя – так и не ясно что я такое вообще…и зачем. Воплощение богини любви! Уржаться – что это такое! Уржаться…только что-то ржать-то и не хочется. Зачем мне такое могущество? Становится немного страшно… Может и правда боги дали мне все это для какой-то цели? Только какой? Богов понять трудно, может быть даже – невозможно. Какая-то мысль не дает покою…если я так привязал к себе девчонок, внедрил им чувства, любовь к себе, а что с парнями? Хе-хе…вот будет интересно, если Игар с Магаром будут домогаться моего тела! Ффффууу! Затошнило! Какая чушь в голову лезет! Ну – плотская любовь вряд ли конечно, но лояльность, типа „братская любовь“ – это могло в них вселиться? Или в Бордонара? Или в охранников, садовника и…нет! Влюбленной кухарки мне только не хватало! Давно таких толстых баб не видал. Впрочем – кухарка и должна быть толстой – если она свою еду не ест – как может вкусно готовить? Обязательно должна быть толстой!»

– Нед, очнись, Нед! Ты опять застыл, как каменный! Что с тобой?

– Задумался – признался Нед – девчонки ушли?

– Давно. Ты уже минут десять стоишь молча, как статуя. Я уж беспокоиться начал. Брось ты это дело!

– Какое дело? – не понял Нед.

– Думать! Много будешь думать – с ума сойдешь, правда, девчонки?

«Тени» захихикали, но промолчали, не решаясь вмешиваться в беседу конора.

– Шутник – хмыкнул Нед – иди, узнай насчет ужина. Я что-то есть захотел. Скоро тебе идти…сам знаешь куда. Поторопись – тебе еще отдохнуть нужно перед выходом. Что, намотался за день?

– Да ладно – махнул рукой Харалд – нас дед так гонял, что мы в конце дня еле ползали, как червяки! От чего сегодня можно было устать-то? Я сейчас поужинаю, пару девиц окучу, схожу в город, приду, и еще пару возьму! Вот!

– Хвастун – явно послышалось из угла – той ночью больше чем на раз и не хватило. Разговоры одни.

– Эй, эй – не клевещите на лучшего любовника всех времен и народов! – возмутился Харалд – не принижайте его в глазах конора!

– Вот когда ты станешь воплощением богини любви, как наш конор, тогда и будешь говорить о себе, что ты лучший любовник всех времен и народов. А пока что ты одноразовый болтун!

– Ну вас – хмыкнул Харалд – врут они все, не верь! Пошел я – узнаю насчет ужина. Извини, что оторвал тебя от научной деятельности. Пиши, пиши. Как будет готов ужин – я пришлю к тебе гонца. Где будем есть? Где столы накрывать? В саду, или в гостиной?

– Дождя нет? Тогда лучше в саду. Посидеть на воздухе – одно удовольствие. Все, не мешай! Мне еще три заклинания надо на бумагу перевести…

– Ты ничего не путаешь? Точно – общественная мойня?

– Ничего не путаю. Общественная мойня, комната восемь, полдень.